Послушай, чуть раньше я встречался с Джорджем Коттером и готов поспорить, что он печется только о духовности и благе простых людей.
— Ты что, обратился в его веру?
Бренд невольно засмеялся и тут же схватился за голову.
— Да нет. Я согласен с некоторыми его идеями, но не одобряю слишком суровые законы и жесткую дисциплину в секте. Впрочем, мне нравится, как они управляют своими землями.
— У тебя очень ограниченный взгляд на мир. Ты бывал в поместьях новых республиканцев?
— Только у самого Коттера. Оказывается, он превратил свое имение в пуританскую коммуну, весьма прогрессивную с точки зрения хозяйствования. Ты же знаешь, как трудно заставить крестьян отказаться от старых методов и внедрить новые. А он…
Подняв руку, Ротгар заставил его замолчать:
— Я сейчас не настроен слушать лекции по теории сельского хозяйства. Но, будучи там, ты ничего не слышал о подрывной деятельности коттеритов?
Бренд на мгновение задумался:
— Нет. Впрочем, они чересчур серьезно воспринимают поговорку «Молчание — золото».
— Итак, ты не хочешь рассказать мне про ту даму, с которой проводил время?
Вопрос прозвучал столь резко, что Бренд инстинктивно попытался воздвигнуть невидимую стену между Беем и таинственной предательницей.
— Ты говорил о ней во сне. Она коттеритка?
— Нет, — уверенно ответил он, не отрицая, впрочем, ее существования.
— Это она тебя отравила?
— Ну ладно, мы еще вернемся к этой теме. — Бей встал. — А сейчас скажи, кто такая леди Ричардсон.
Судя по всему, брат нарочно огорошил его вопросом, рассчитывая, что с испугу Бренд ответит. Тот же пребывал в полной растерянности.
— Сильно накрашенная дама, которая страдала от недомоганий, схожих с твоими, только в более легкой форме.
Бренд хотел было сказать, что не знает никакой леди Ричардсон, но вдруг его осенило.
— Сильно накрашенная?
— Настолько сильно, что краска практически скрывает ее лицо.
Сердце его едва ли не выпрыгнуло из груди. Все так просто? Нет, не может быть!
— Средний рост, средняя комплекция, пышный бюст?
— Обручальное кольцо. Простой золотой ободок.
— Обручальное кольцо плюс еще четыре сверкающих перстня. Бренд…
Брат покачал головой:
— Она не носит много украшений… — Но мог ли он с уверенностью судить о характере и привычках этой женщины? Или двоих женщин? Бренд отставил поднос и сбросил с себя одеяло. — Где она? Здесь?
Ротгар остановил брата, положив ему руку на плечо:
— Ты говоришь правду?
— Разве я тебе когда-нибудь лгал?
— Не имею понятия. Исчезла, растаяла в воздухе вместе со своей прыщавой горничной.
— Прыщавой горничной? — Замешательство Бренда сменилось внезапной догадкой. — Очень прыщавой? — Не потому ли она надевала маску? А что же тогда близнецы? Прыщи и обильный грим скрыли бы похожесть сестер.