Зная, как ничтожен интерес Ротгара к фермерским новациям, Бренд весело расхохотался.
Однако, как только брат ушел, он опять лег в постель и задумался. Незнакомка очень хотела, чтобы он уехал и больше никогда не возвращался. И похоже, приложила к этому все усилия. Тогда тем более непонятно, зачем она здесь объявилась, зачем подвергла себя такому риску. Столь странный поступок роднил ее с Маллоренами — они тоже стремились доводить дело до конца и заботиться обо всем, вплоть до мельчайших деталей.
Бренд закрыл глаза, отчаянно пытаясь воспроизвести в памяти последние часы с незнакомкой, не она ли подносила ему чашу с ядом, или это всего лишь плод его расстроенного воображения? Все события и лица окутывала пелена.
В самом деле, дежа вю! Хорошо хоть на этот раз он не забыл свое имя. Ладно, скоро все прояснится.
Вечером следующего дня Розамунда наконец-то приехала домой. Наряду с горечью она испытывала радость от возвращения в Венскоут, в свой безопасный мирок, где она играла вполне понятную роль и выполняла привычные обязанности. При виде деревенских домиков и стены из крепкого камня на глаза ее навернулись слезы.
Эта высокая стена была построена еще во времена шотландских набегов и сразу полюбилась Розамунде, едва она вышла замуж и поселилась в Венскоуте. Укрывшись от всего света за каменной оградой, девушка с упоением работала в саду. Стена стала ее союзницей и подругой. Увитая плющом, мыльнянкой и флоксами, она вовсе не угрожала и не отталкивала, а железные ворота имения всегда были гостеприимно распахнуты.
Когда карета остановилась во дворе, Розамунда на миг застыла в неподвижности, очарованная музыкой Венскоута: веселым журчанием реки, сбегавшей по камням, тихим воркованием голубей в голубятне, жужжанием пчел, пением птиц и петушиными криками. Повсюду разливались ароматы лаванды, жимолости и роз. Она у себя дома!
Сияя от радости, на крыльцо вышел Дигби. Девушка тотчас выскочила из кареты, подбежала к мужу и бросилась в его объятия.
Сэр Дигби Овертон, крупный энергичный мужчина, тут же крепко прижал ее к груди.
— Ах, Рози, как же я по тебе скучал! С возвращением тебя!
Она подняла глаза и улыбнулась мужу, но, увидев его болезненно красное лицо, с трудом удержали на губах улыбку. У Дигби была жуткая одышка, хотя он всего лишь спустился ей навстречу.
Это, конечно же, Эдвард постарался!
— Пойдем в дом, — сказала она, взяв его за руку. — Ужасно хочется чаю! Заодно расскажу тебе о своих приключениях.
Он усмехнулся и ущипнул ее за щечку.
— О том, как ты кокетничала в Харрогите, малышка?
В его глазах читался вопрос — стыдливый, невысказанный вопрос, на который она ответила невинной улыбкой. Вряд ли она решится напрямик заявить ему о своем поступке, хорошо бы он сам догадался. И одобрил.