Одно утешало, воинов нуждавшихся в операции осталось не так много и все с лёгким ранениями, тяжелых я успела всех зашить. Завтра с самого рассвета продолжу, а сейчас — спать!
Выползла из ставшей душной палатки еле живая, вдохнув полной грудью свежий воздух с облегчением стянула шапку и вытерла ею всё мокрое от пота лицо. Глаза слипались, потому я не сразу уловила вдруг возникшее напряжение. Воздух вокруг как будто замер, став концентрированным. Сонно огляделась и в туже секунду проснулась от испуга.
На меня смотрели все воины со странными выражениями на лицах, как будто видели впервые.
«Что происходит?» — сердце ушло куда-то в пятки. Меня объял прямо ужас, когда сообразила в чем дело. Инстинктивно прикоснулась к волосам, что рассыпались по плечам.
Попятилась в палатку, приложив руки к груди в защитном жесте.
«Мамочки! Что я наделала!»
А ко мне уже приближался широким шагом человек в черном. Как приговорённая ждала своей участи, почти не дыша.
Резким движением он выхватил шапку из моих ослабевших рук и прорычал в лицо:
— Ты кто?
Я пыталась ответить, но не смогла произнести ни звука, лишь открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, с выпученными от страха глазами.
Этот ирод схватил меня за плечи и встряхнул хорошенько так, что даже зубы клацнули, но я всё равно молчала.
— Ты совсем запугал девочку! — пробасил неожиданно рядом командир отряда, до сего момента никогда не вмешивавшийся. — Оставь её сегодня.
Завтра расспросишь. Видишь, еле на ногах держится.
— На завтра она успеет придумать ответы на мои вопросы, — зло процедил Дракон и добавил, взяв меня больно за подбородок:
— Ты мне скажешь сейчас или до завтра не доживёшь, — и в глазах его было столько льда, что я поверила сразу и безоговорочно.
— Я не помню, — прохрипела несчастно, и тут меня прорвало, должно быть, порог страха перешагнула и теперь стало обидно, что меня трясли как грушу, а я, между прочим, жизни спасала его воинам:
— Я не знаю, кто я! — прокричала ему в лицо.
— Я шла по дороге, а ваши воины меня схватили…
Дальше что говорить я не придумала, потому замолчала."
"— Это правда! — в который раз стал на мою защиту Стир. — Я много говорил с ним… с ней. Она не помнит даже своего имени.
— Не помнит или скрывает? — протянул зловеще Дракон.
Какой же противный! Чего прицепился?
— Но я ничего плохого не сделала, — выдохнула устало-жалостливо.
