Он быстро смекнул, что мне нужно и в следующую минуту притащил какую-то деревяшку. Я удивлённо на неё воззрилась. По голове бить ею, чтобы отрубались? В таком случае потяжелей что-то надо. Тогда он на себе продемонстрировал, как её использовать. Больному просто сунули её в рот, чтобы мог зажать зубами и терпеть боль. И как в таких условиях работать?
Но я всё же профессионал, потому собравшись с силами, попросила перенести самого тяжело раненного на светлое место, дала ему выпить получившегося ромашкового настоя.
В него же опустила нитку. Иглу прокалила на огне.
Только успела проговорить: «Ну, приступим!», как меня прервали. Принц неожиданно распорядился переместить всех раненых к себе в палатку. Не ожидала от него такого благородного жеста.
В этот момент Дракон резко повернулся и поймал мой скептический взгляд, направленный на его персону и его глаза недобро сузились.
«Мама дорогая! Не хватало, чтобы он догадался о моих пагубных мыслях на его счёт» — я взялась перебирать приготовленные для повязок тряпки, делая вид, что очень сильно занята.
Когда последнего пациента переправили, я отправилась следом. Мне нужен был помощник и Стир молча последовал за мной. Дальнейшее превратилось в один сплошной кошмар.
Начинали мы с того, что поили раненых ромашковым настоем, затем сунув им в рот «анестезию» в виде деревяшки, промывали раны. И только после всех приготовлений я принималась за операцию. Это оказалось настолько трудным делом без должных инструментов, и подготовки, что в перерывах меня саму можно было откачивать.
Внутренние органы к моему облегчению ни у кого не пострадали. Всё-таки их странная броня была довольно крепкой, хоть и на удивление лёгкой. Что за материал понять невозможно, потому отнеслась к этому как ещё одной особенности странного мира. Я ж не могу знать, какие у них развиты технологии, а может эта броня сплошь из магии.
Бой, казавшимся мне бесконечным, длился пару часов, а вот моя хирургическая деятельность весь оставшийся день.
Вот это практика у меня! Такой ни у одного моего одногруппника точно не будет. Только толку от неё никакого. Чему я научусь в таких условиях? Швейное дело по живой плоти освою. Звучит даже жутко. Но всё же это лучше, чем оставить открытые зияющие раны. Представляю, какие у них после этого остаются шрамы, а то и инвалидность на всю жизнь.
Всем раненым за день помочь не сумела, незаметно наступили сумерки, и я вынуждена была прекратить лечебный процесс.
