В темной комнате костянсского переулка стоял старинный камин. Вдруг из него блеснуло и послышалось уханье — пятеро друзей замерли в испуге, но Олег уверил, что это просто ветер. Однако светилось что-то невидимое, заставив их дрожать от неясной тревоги.
— Неужели можно так скучно жить? — одолев последнюю открытку из Евпатории, пробормотал Олег.
Он направился к телефону и позвонил Тане.
— Письма прочла?
— Ой! Ерунда такая! — с тоскою в голосе отозвалась девочка. — Какой-то пенсионер тридцатых годов. В основном рассказывает, как от разных болезней лечиться. И еще время от времени вспоминает, как он вместе с Никитой Варфоломеевичем…
— С каким еще Никитой Варфоломеевичем? — не понял Олег.
— Ну, с этим, которому он как раз пишет, — ответила Таня. — Никита Варфоломеевич жил в нашем заброшенном доме.
— Просто пособие для красных следопытов, — угрюмо заметил Олег. — Я-то надеялся, мы про дом из писем узнаем что-нибудь интересное.
— Разбежался, — хмыкнула Таня. — Зато я теперь точно знаю, как лечиться от спазмов в кишках и от ревматизма.
— Тогда постарайся до старости не забыть, — подал дельный совет Олег. —
Думаю, что в ближайшие тридцать лет тебе это вряд ли понадобится.
Они распрощались до завтра.
На следующее утро Олег повстречался у входа в школу с мрачным как туча Темой.
— Ты чего? — участливо хлопнул он по плечу старого друга.
— Чего-чего, — чуть не плача, начал рассказывать тот. — Предки сюртук мой иа шкафа в помойку выкинули. А мать мне потом еще жуткий скандал устроила. Я его в шкаф стенной положил, где у папы пальто висят. Ну, а матери там как раз что-то понадобилось. Говорит, из этого сюртука личинки от моли полезли.
— Говорил же, надо было его там оставить, — напомнил Олег.
— Да уж если бы знал, то оставил бы, — согласился Тема. — Мне его оценить так хотелось на аукционе. А теперь…
Махнув рукой, он в сердцах рванул на себя со всей силы школьную дверь.
— Главное, эти предки мои вообще ни в чем, по-моему, не разбираются, — проворчал он уже в вестибюле. — Я домой антикварную вещь принес, а они… Подумаешь, моль. Если бы все человечество только за чистотой следило, как моя мать, никаких древностей вообще бы никто не нашел.
— Да ты не расстраивайся, — стал успокаивать его Олег. — Мы завтра туда пойдем опять. Может быть, там еще что-нибудь гораздо ценней твоего сюртука найдется. У меня тут кое-какие соображения появились.
Тут раздался звонок. Мальчики, быстро повесив в гардероб куртки, побежали по лестнице на четвертый этаж.
Последний учебный день перед каникулами был, как обычно, коротким, но суетливым.
