Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
Он что, не хочет детей? Любой мужчина хочет. По крайней мере, тот, кто владеет землей.
– Мейклифф передается по праву наследства? – поинтересовалась она.
– Почему вы спрашиваете?
– Разве я не должна это знать?
– Да, передается. И вы, конечно, должны это знать.
Айрис налила себе еще немного чаю. Она совсем не испытывала жажды, но ей почему-то не хотелось заканчивать этот разговор.
– Ваши родители, наверное, были очень рады тому, что первый ребенок у них – мальчик, – заметила она. – Им наверняка не хотелось, чтобы титул был отделен от собственности.
– Признаться, я никогда не говорил с ними об этом.
– Понимаю. – Айрис добавила в чашку немного молока, размешала и сделала глоток. – Кому перейдет титул, если вы умрете бездетным?
У Ричарда брови полезли на лоб.
– Вы задумали прикончить меня?
Она взглянула на него.
– Это еще одна вещь, которую я должна знать, не так ли?
Муж отмахнулся.
– Дальнему кузену. Мне кажется, он живет где-то в Сомерсете.
– Вам кажется?
Как он мог не знать этого точно?
– Я никогда не видел его.
Айрис решила, что в общем-то он говорит дело. Ей было многое известно об имевшихся в избыточном количестве кузинах. Но то были кузины первой линии. Она совсем не была уверена, что сможет найти на карте места, где проживали дальние родственники.
– Вам не о чем беспокоиться, – сказал Ричард. – Если со мной что-нибудь случится, вы будете хорошо обеспечены. Я специально упомянул об этом в брачном договоре.
– Мне это известно, – сказала Айрис. – Я его прочла.
– Неужели?
– А что, не должна была?
– Большинство женщин не читают.
– Откуда вам это известно?
Неожиданно он улыбнулся:
– Мы ссоримся?
Неожиданно она смешалась:
– Я – нет.
Ричард хмыкнул.
– Для меня это большое облегчение, должен сказать. Так не хочется думать, что мы начали ссориться, а я упустил этот момент.
– Уверена, что это невозможно.
Муж наклонился к ней и вопросительно посмотрел.
– Я редко повышаю голос… – пробормотала Айрис.
– Но когда повышаете, это зрелище, да?
Она улыбнулась, словно подтверждая его догадку.
– Почему-то у меня сложилось впечатление, что Дейзи больше всех страдала от вашего нрава.
Айрис помахала указательным пальцем, будто говоря – неправильно!
– Это совсем не так.
– А как?
– Дейзи – это… – Она вздохнула. – Дейзи – это Дейзи. Не знаю, как еще ее можно описать. Я очень долго думала, что одну из нас подменили при рождении.
