Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
– Что вы положили сюда? – спросил он, заглянув через плечо Айрис, которая как раз закрыла крышку небольшого деревянного ящика.
Подняв голову, Айрис бросила на него короткий взгляд. Ей явно нравилось то, чем она занималась.
– Миссис Хопкинс сказала, что Миллерам наверняка нужно несколько холстин.
– Для кухонных полотенец? Весьма незамысловатый подарок.
– Но им это нужно, – сказала Айрис и сверкнула улыбкой. – Мы еще добавим бисквитов, как только их вынут из печи. Это ведь так здорово – получить в подарок то, что ты действительно хочешь.
Ричард пристально посмотрел на нее и не смог отвести глаз. Айрис застенчиво оглядела платье, потом дотронулась до щеки.
– Я испачкалась? Я помогала раскладывать джем…
Джема у нее на лице не было, но Кенуорти наклонился к жене и слегка коснулся губами уголка рта.
– Вот тут, – пробормотал он.
Айрис прикрыла рукой то место, которое он поцеловал, и удивленно посмотрела на него, словно не понимая, что сейчас произошло.
Ричард тоже не понимал.
– Теперь все в порядке, – сказал он.
– Спасибо. Я… – Ее щеки окрасил нежный румянец. – Спасибо.
– Мне это доставило удовольствие.
В самом деле!
Два следующих часа Ричард делал вид, что помогает женщинам. У Айрис и миссис Хопкинс все горело в руках, и когда он пытался дать им совет, от него либо отмахивались, либо, обдумав, принимали к сведению.
Кенуорти не возражал. Он радовался своей роли дегустатора бисквитов («Вкуснейшие!» – с удовольствием докладывал он кухарке) и с интересом наблюдал, как Айрис справляется с ролью хозяйки Мейклиффа.
В конце концов, они уложили восемнадцать корзинок, ящиков и коробок, тщательно упаковав их и снабдив этикетками с фамилиями арендаторов. Все подарки были разными. К примеру, Данлопы, у которых было четверо сыновей в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет, получат много съедобного; для единственной трехлетней дочки Смитов, которая только что перенесла круп, предназначалась одна из старых кукол Мэри-Клэр.
А может, и для сына, подумав, усмехнулся Ричард. Время от времени все увлекаются любовными романами.
Подарки погрузили на повозку, и уже скоро Ричард и Айрис ехали по дороге, идущей вокруг поместья.
