Начавшись отдаленно с обычной школы в Кристалле, моя жизнь резко изменилась. Теперь я — нечто большее, нежели просто человек: оборотень, готовый преобразиться в волка ночью. А Тикаания — она настоящий шок, волчица-оборотень с даром предвидения. С каждым днем мы становимся все ближе друг к другу, будь то спасаясь от ужасов природы или противостояние демонам. Эта книга — тайна Холли, где обыденность растворяется в невероятной атмосфере загадок и любви....
Ему и его спутникам хватило секунды, чтобы принять звериное обличье. Тёмно-серый восточный и два серых волка окружили Миро, который тут же упал на спину, показывая, что готов им подчиниться. Волки с любопытством его обнюхали, но вместо того чтобы оставить его в покое, начали его толкать, пихать и прихватывать зубами. Я в ужасе наблюдал, как грубо они обращаются с волчонком. Почему они так бесцеремонно дают ему понять, что он здесь чужак? Неужели им мало того, что он продемонстрировал им уважение?
– Эй, вы совсем того, что ли?! – возмущённо проревела с дерева Холли.
Я тоже хотел было вмешаться, но меня опередил девчачий голос. В дверях школы появилась Тикаани. Судя по виду, она уже спала: на ней была ночная рубашка, а её чёрные волосы до плеч были растрёпаны. Но в тёмных глазах её не было и следа сна – лишь энергия и ярость.
– Почему вы так грубы с ним? – Её мысленный голос был отчётливо-пронзителен.
"Тикаани закрыла глаза, вдохнула… А когда выдохнула – там, где только что была девочка, теперь стояла крупная снежно-белая волчица. Миро, виляя хвостом, подполз к ней и лизнул её в морду. Тикаани снисходительно обнюхала волчонка и лизнула его в ответ. Миро ещё сильнее завилял хвостом.
– О, ты так добра, спасибо! – шепнул он.
Я услышал это только потому, что стоял совсем рядом.
– Держись от него подальше, он теперь в нашей стае, – запротестовал Джефри.
– Кто это сказал? – возмутилась Тикаани.
– Пусть сам решает, – вмешался я. – Вы ему не родители и не начальники!
Вся беда заключалась в том, что Миро и сам, похоже, не знал, что ему делать и к кому примкнуть. Волчонок в нерешительности бегал от Джефри к Тикаани и обратно, то и дело беспомощно оглядываясь на меня. Конечно, меня он знал лучше всех, но я был не его сородичем, а крупной кошкой.
– А как насчёт тебя, предательница? Неужели хочешь и дальше миловаться с пумой? – дразнил Джефри Тикаани.
– Тогда что? – с вызовом спросил я.
Тикаани и Джефри многозначительно переглянулись. Я почувствовал, что Тикаани, в отличие от меня, прекрасно знает, о чём идет речь. Она свирепо оскалилась, но ничего больше не сказала.
Джефри поднял голову и издал низкий протяжный вой. За ним, запрокинув морду в тёмное небо, завыл и Клифф.
