Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Тайна озера Кучум» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Перейти на ту сторону можно вот по этому поваленному кедру. А оленей можно оставить здесь, в тальниках, до утра корма хватит.
Пока Уля рассматривала переправу, Агафон уже забрался на поваленный выскорь, топором стал обрубать сучки для прохода. Боковые, что подавались под острое жало, отсекал под корень. Вертикальные — с небольшим запасом. Они торчали как острые пики: стоит оступиться или споткнуться, беды не миновать.
Вернулся Миша, рукавом рубахи вытер со лба пот, опять закричал Уле:
— Что, на ту сторону?
Девушка согласно кивнула головой, пошла разгружать оленей. Миша стал ей помогать. Костя, не зная, что делать, бестолково топтался на месте.
Вдвоём быстро освободили животных от поток, поочерёдно на некотором расстоянии друг от друга привязали к кустам. Олени с жадностью стали поедать свежие побеги тальников, молодую траву, некоторые потянулись за горькой бородой, обильно поросшей на нижних сучьях елей. К этому времени Агафон закончил работу и назад уже прошёл по чистому, без сучьев стволу кедра. Теперь оставалось только перенести груз на ту сторону ручья и обосновывать аргиш на отдых.
Первой пошла Уля. Девушка надела на плечи свою небольшую котомку, перекинула через спину винтовку, ступила на ствол. Сделала первый шаг, проверяя прочность сцепления ноги и дерева, покрутила ногой, недовольно покачала головой. Нет, так не годится. Вдруг присела, сняла с себя обувь, пошла босиком. Так надёжнее. Голая ступня и кора кедра лучше выдерживают зацепление, меньше вероятности поскользнуться и упасть в бушующий поток.
А ручей как будто того и ждёт. Мутный поток бесится, ревёт, мечется. Бросает холодные брызги в лицо идущего человека, пугает грохотом, кружит голову скоростью. Стоит только засмотреться на воду, и можно потерять равновесие. Но Уля знает, что смотреть на воду нельзя. Она смотрит себе под ноги, на ствол кедра, на противоположный берег, на заросли тальниковых кустов, поэтому идет уверенно. Двухвековой исполин упал совсем недавно, может быть, в прошлом году летом или осенью. Шероховатая кора ещё не успела отопреть, подгнить. В общем-то, переправа получилась очень даже неплохая. Вот только несколько коротких, острых сучьев посередине ствола угрожающе торчат смертоносными пиками. Это вина Агафона. Надо бы их срубить под корень, но не возвращаться же назад?
Впрочем, всё было неплохо. Двадцатиметровое расстояние девушка прошла быстро, без задержки. За ней перешёл Миша, снял со спины потку с грузом, улыбнулся:
— Так-то будет лучше, ночевать будем на сухом месте.
Третьим пришёл Агафон, за ним, с котелками в руках Костя.
Все вместе стали думать о дальнейших действиях. Решил Агафон, а все остальные молча согласились.
— Вы с Костей, — обратился он к девушке, — разводите костёр.
