Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Тайна озера Кучум» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Тогда была лютая зима, снежный покров достигал огромной, трехметровой толщины. А сейчас всё по-другому. Скорее всего, место трагедии освободилось от зимнего покрывала, потому что у кромки озера чернеют огромные плешины земли.
Навстречу идущим бросился лёгкий ветерок. Чингар закрутил носом, навострил уши, напрягся телом в предупреждающей стойке. Олени тоже вытянули морды, в страхе округлили глаза, взволнованно закопытили ногами. Без всякого сомнения, чуткие животные уловили запах зверя. Да и люди тоже почувствовали смердящий настой псины. Загбой повернулся к спутникам, подал знак рукой: будьте настороже, подходим…
Чем ближе к берегу озера, тем острее присутствие смерти. Медвежьи следы всюду, вокруг. Но только одного зверя, того громилы. Он бдительно охраняет свою территорию от возможных посягательств других зверей, часто обходит свои владения и метит участок острыми когтями. Вон там, впереди, что-то темнеет. Загбой направил караван туда. Остановился, со скорбью потупил глаза. Куртка. Вернее, то, что осталось от одежды. Порванный рукав, из которой торчит обломанная кость. Ладонь отгрызена по запястье. С другой стороны видна изжёванная ключица. Без всякого сомнения, медвежья работа. Немного правее, чуть дальше на снегу, валяется раскисшая бродня, из которой торчит лодыжка Эти первые картины кладбища людей произвели на путников неизгладимое впечатление. Залихватов почернел. Костю тошнит.
Агафон виновато прячет глаза. И только лишь Загбой, кажется, относится ко всему равнодушно. Ему не до того. Где-то здесь, рядом, зверь. И сейчас надо быть предельно внимательным, иначе уже твои кости будут валяться так же под открытым небом.
А Чингар рвётся вперёд, вытянул поводок в струну, пытаясь вырваться, сучит лапами и грозно, глухо рычит. Зверовой кобель показывает на густую кедровую колку на небольшом пригорке в стороне от озера. Весь его вид говорит о том, что там кто-то есть. Олени в панике. Они готовы броситься бежать. И только лишь прочный маут удерживает их от порыва.
Загбой настойчив. Он продолжает вести караван вперёд, к берегу озера. Идут медленно, осторожно, крадучись, под прикрытием кедровой колки. Если возникнет необходимость, люди быстро встанут за деревья и начнут стрелять в зверя. Направление аргиша резко меняется. Следопыт поворачивает направо, идёт в обход кедровой колки, стороной. До опасного места около двухсот метров, или чуть больше. Большая доля вероятности, что зверь уже их услышал и сейчас тщательно пробует носом воздух, пытаясь уловить враждебные запахи. Но ветерок тянет оттуда, от кедровой колки. Стоит надеяться на то, что зверь в это время дремлет и не слышит посторонних звуков. Все стараются идти тихо, осторожно ступая по мягкой, талой земле.
