Побежал по вершинам деревьев — ветки медленно закачались, словно исполинские игрушки под земным светом. Серебристая кухта срывалась со стволов вековых кедров, иллюминируя лохматые их тени. В этот момент мир замер в ожидании чего-то необычного — пихты и ели начали ходить на месте, словно испуганные существа....
Краем глаза заметил, что Чабджар зашевелил плавниками, продвинулся вперед. По всей вероятности, хотел проверить, что ему бросили. И ещё увидел, что лёгкий бочонок, глухо булькнув водой, тут же всплыл на поверхность и закачался поплавком.
Сергей остановился, в растерянности развел руками:
— Лагушок! Камень лёгкий… не тонет!
— Чёрт с ним, — не останавливаясь, на ходу ответил Костя. — Что теперь, нырять самому? Бежим, сейчас рванёт!.."
"Они устремились за небольшой бугор, упали в траву. Костя отдельно, Сергей с Улей рядом, прижавшись друг к другу.
— Уши закрой, — посоветовал Уле Сергей, — оглушит!
Где-то в стороне на казаков бранился Кивалин, укоряя их в том, что от места взрыва находятся слишком близко. Он хотел им приказать отбежать подальше, даже сказал пару отрезвляющих слов, но не договорил.
На протоке вдруг что-то резко щёлкнуло, как будто сломалась вершина кедра. Ослепительно яркая вспышка затмила дневной свет, после которой стало темно. И только после этого страшный грохот разорвал тишину тайги.
Ещё не смолк грохот взрыва, а Костя и Сергей уже вскочили, побежали к запору, на ходу приготавливая своё оружие. Из-за густого, плотного дыма разглядеть то, что происходит на протоке, было невозможно.
— Говорил же, надо было хорониться дальше…
Пороховой дым рассеивался долго. Но вот наконец-то посветлело небо, солнце разбило свинцовую муть. На берегах лежит прибитая взрывной волной трава, оторванные листья кустарников, обломанные сучья деревьев, разбитые доски, жерди и даже брёвна.
На протоке хаос! Поверхность воды ломается гуляющими волнами, рябит, плещется, раскачивает остатки разбитого запора.
— Рыба! Где рыба?! — кричит полномочный.
— Вот спросил! Я знаю столько, сколько ты, — разочарованно ответил Костя.
— Вон она! Там, внизу, — закричала Уля, показывая рукой вниз.
Ленивое течение успело протащить белобрюхое тело Чабджара на добрую сотню метров от места взрыва. Все четверо побежали.
