Автор
В джентльменском поколении веками скрывается страшное проклятие: лишь темные силы могут преодолеть его. Огромный род людей обречен на бесконечное служение Дьяволу и создание зла. Но в этой семье есть исключение — ребенок, которого уже нельзя назвать обычным. Каждый из них несет потенциал сверхъестественной силы, но лишь один сможет разорвать заклятие. Встреча с кувшином Тенгеля Злого, где колдовство готовится, станет ключом к исходу всех их бед....
Карин осторожно и неуверенно посмотрела на них. Казалось, Элизабет не очень понравилось это сравнение. Мусор обычно рано или поздно обнаруживается.
Госпожа Воген вдруг вскрикнула.
— Кто-то стоит у окна!
Мужчины — и Элизабет, которая не научилась быть слабой, беззащитной женщиной, — подскочили.
Они думали, что гардины задернуты плотно, но на самом деле между ними была щель. Госпожа Воген плотно задернула гардины, женщины взяли колыбель и поднялись на второй этаж.
Трое других уже были на заднем дворе усадьбы.
Там было темно, как в погребе. Они услышали, что кто-то пробирался сквозь чащу. Вемунд рванулся туда раньше других. Казалось, ему вот-вот удастся настичь беглеца, у которого была приличное преимущество.
Тьма, однако, была на стороне любителя подсматривать в чужие окна. Внезапно все стихло.
Вернулся Вемунд.
— Он либо укрывается здесь за изгородью, либо затаился, прижавшись к земле. Я ничего не могу поделать в такой кромешной темноте.
— Тогда я пойду и успокою дам, — предложил доктор Хансен.
— Хорошо! Элизабет, посмотри, что я нашел на ветке. Это похоже на кусок материи. Я заберу его в дом. А тебе нельзя здесь оставаться одной — это опасно! Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, понимаешь!
— Да, — сухо ответила она. — Ты хочешь передать меня своему братишке в целости и сохранности.
— Я не это имел в виду, и тебе это хорошо известно, — сказал он, ведя ее домой.
Они остановились в прихожей, чтобы рассмотреть вырванный кусок материи. Это была золотистая парча.
— Где-то я недавно видела такой узор, — сказала Элизабет.
— Я могу тебе сказать, чей он, — признался Вемунд. — Он принадлежит щегольской жилетке моего дорогого родственника Мандрупа Свендсена.
— Да, точно! Но что он здесь делал?
— Важнее другое: как он сюда смог попасть?
Тогда Элизабет передала ему содержание их разговора с доктором Хансеном в экипаже.
Вемунд на глазах побледнел.
— Нельзя больше допускать поездок Карин в это место! Наша вина в том, что мы не предупредили остальных об этом. Но если они вышли из экипажа в том месте, которое описал доктор, их из окон Лекенеса увидеть было невозможно.
