Автор
В джентльменском поколении веками скрывается страшное проклятие: лишь темные силы могут преодолеть его. Огромный род людей обречен на бесконечное служение Дьяволу и создание зла. Но в этой семье есть исключение — ребенок, которого уже нельзя назвать обычным. Каждый из них несет потенциал сверхъестественной силы, но лишь один сможет разорвать заклятие. Встреча с кувшином Тенгеля Злого, где колдовство готовится, станет ключом к исходу всех их бед....
— Нет ли у тебя римской тоги, в которую я мог бы завернуться? И лаврового венка и пары сандалий? Не нарядиться ли мне в Цезаря?
— Скорее в Нерона, — пробормотал Арнольд Тарк.
— Мы сейчас что-нибудь тебе найдем, дорогой, — сказала Эмили, вставая. Опять появилась горничная.
— Прибыла госпожа Элизабет Паладин.
— Ну, наконец-то, уже время! Марта, и отныне называй ее маркграфиней.
Арнольд уже вышел встречать Элизабет, которая ему нравилась. У него были нехорошие предчувствия по поводу того, как сложатся отношения между нею и Эмили.
«Но, Бог мой, как же решительно выглядит поднимающаяся по лестнице Элизабет, — подумал он. — Это не обещает ничего хорошего!»
В столовой был накрыт ужин. Слуги постарались на славу, работая как рабы, боясь угроз госпожи Эмили, завуалированных ангельской мягкостью."
"Начали один за другим подъезжать экипажи со знатными гостями.
К ужасу Мандрупа Свендсена пригласили и полицмейстера. Сколько мог знать этот человек? Нет, очевидно, скандал о компании Тарка еще не достиг его ушей. А мелких судебных исполнителей сюда не приглашали. Он мог чувствовать себя в безопасности. Наверно…
От пота тога прилипла к спине.
А в это время в городской дом Карин пришел визитер. Доктор Хансен поинтересовался, не желает ли она совершить с ним поездку в город в такую теплую погоду.
Доктор немного колебался, но затем кивнул головой. Если он не ошибается, то он знает в этом доме посудомойку, которая как-то обращалась к нему за медицинской помощью. Она могла бы показать Карин усадьбу изнутри. Хотя бы ее часть. Необязательно было встречаться с владельцами, теми, кто, согласно Вемунду и Элизабет, могли задать нежелательные вопросы.
Доктор не знал, насколько опасен был Лекенес.
Карин от нетерпения хлопала в ладоши, затем она отдала распоряжения госпоже Воген относительно Софии Магдалены, поцеловала любимое дитя и удалилась.
В это время к дому подошла госпожа Шпитце.
Дверь открыла госпожа Воген.
— Нет, госпожи Элизабет Паладин сейчас нет дома.
