Автор
В гостях у знаменитого виконта, который не скрывает своего любопытства и жажды насладиться жизнью открытым путем, собираются самые разные личности. Он предлагает ставки на события будущего, вызывая недовольство своих соседей по клубу, где каждый риск может быть последним для браконьеров-парищиков....
Он так долго о ней думал, так страстно к ней стремился, что теперь сомневался в реальности происходящего. Возможно, все ему только кажется?
Но нет, ее губы были мягкими и теплыми и отвечали на его поцелуй. Диринг прошептал – или выдохнул – ее имя, и почувствовал, как его окутывает нежный аромат, усиливая сдерживаемую страсть. Как же ему хотелось решительно отбросить гордость и страх. Нет, он ни за что не откажется от этой возможности.
«Ее никогда не целовали».
Он понял это сразу, и ее неуверенность была лучшим тому подтверждением.
Она обняла его за шею, пальцы судорожно вцепились в ткань сюртука. Однако постепенно она расслабилась, прижалась к мужу и отдалась поцелуям.
О, Шарлотта оказалась способной ученицей. С той же энергией и мастерством, с которым она осваивала новые музыкальные произведения, она теперь овладевала новыми навыками. Как легко ей удалось дать волю его давно сдерживаемому пылу. Практически без усилий. Но разум все же одержал верх, и Диринг поднял голову, чтобы не испугать ее и не овладеть ею прямо здесь, на полу музыкального салона.
Шарлотта сразу открыла глаза. Ее губы слегка припухли от поцелуев.
– Мы никогда так не целовались, – сказала она. – Это было приятно.
– Приятно? – Диринг усмехнулся, после чего прошептал ей прямо в ухо. – Значит, я сделал что-то не так.
Он не стал дожидаться ответа и накрыл ее губы своими, на этот раз строго контролируя себя. Прежняя неуверенность исчезла. Он заключил ее в объятия, и его пальцы скользнули по аккуратной прическе. Он нащупал туго заплетенную косу и слегка потянул. Больше всего ему хотелось убрать из ее волос многочисленные заколки, увидеть, как шелковистые пряди падают на плечи и спину, уложить Шарлотту на толстый обюссонский ковер и исследовать каждый дюйм ее тела глазами, губами, языком.
– Шарлотта…
– Да? – Она задыхалась, но Диринг почувствовал, как напряглось ее тело. Что случилось? Впрочем, какова бы ни была причина, тому виной он. – Ты – само искушение.
