В окружении шумной веселья: дети бежали с мячом, влюбленные скользили по скамейкам, а я наблюдаю за всем этим, как один из многочисленных зрителей. Кофе давно иссяк, и только любопытство заставляет меня прислушиваться к тихим разговорам или уединенной меланхolie одного парня возле своей подруги. Всё кажется спокойным на первый взгляд, но внутри всё дрожит от неизвестности и возможностей, которые ждут вдали, за забором этого прекрасного парка....
По крайней мере таких, какие меня бы сколько-нибудь удовлетворили.
Вместо этого я попыталась вспомнить все детали нашего разговора с хозяином вечеринки. Гераскин умел произвести впечатление и, несомненно, знал об этом. Непохоже было, что какой-то из вопросов застал его врасплох или заставил сочинять. Что было тому причиной: его откровенность или тщательная подготовка к беседе со мной — большой вопрос.
С Милой у него вполне могло быть что-то большее, чем просто дежурные беседы. В конце концов, девушка копила деньги на мечту, а он легко мог исполнить любую ее прихоть.
Пожалуй, следует встретиться с однокурсницей Милы. Если они общались достаточно близко, она сможет пролить свет на многие вопросы, которые у меня появились.
Утром меня разбудил звонок, и я подумала, что было большой глупостью оставить мобильник на ночь в кухне. Я потопала туда почти на ощупь, щурясь от света. Ударилась о косяк двери в кухню и чертыхнулась. Мелодия прекратилась. Я подошла и увидела время на экране — половина девятого. Тут телефон снова ожил.
— Слушаю и повинуюсь, — отчеканила я, увидев, что звонит Субботкин.
— Лучше бы ты вчера слушалась, — ответил он. — Хоть бы и без повиновений.
— Была занята, — честно ответила я. — Ты звонил?
— Весь вечер.
— Прошу понять и простить. Чему обязана в столь ранний час, еще и в выходной?
— У кого выходной, а у кого работы полна коробочка.
— Понимаю, — кивнула я."
"— Тут такое дело. Вчера у нас повязали мальчишку с наркотой. Ну как мальчишку — ему уже за двадцать. При задержании он под кайфом грозился позвонить твоему недавнему знакомому — Шувалову.
— Интере-есно, — протянула я. — Можно с ним побеседовать?
— Затем и звоню, — заверил Субботкин. — Приезжай в понедельник.
— А раньше нельзя?
— Издеваешься, дай выдохнуть. Никуда он не денется.
