В окружении шумной веселья: дети бежали с мячом, влюбленные скользили по скамейкам, а я наблюдаю за всем этим, как один из многочисленных зрителей. Кофе давно иссяк, и только любопытство заставляет меня прислушиваться к тихим разговорам или уединенной меланхolie одного парня возле своей подруги. Всё кажется спокойным на первый взгляд, но внутри всё дрожит от неизвестности и возможностей, которые ждут вдали, за забором этого прекрасного парка....
Уже у него в кабинете, когда он устроился за своим рабочим столом, а я на стуле возле него, Антон заговорил:
— Может, он неправильно понял? Возраст, все такое. Или в морге начудили. Не проспались, наверное, после выходных.
— Я понимаю — ошибиться на сутки, двое, — возразила я. — Не совсем же они там безмозглые.
— Не совсем, — согласился Антон.
— Я бы не спешила делать выводы, прежде чем Людмилу опознает мать.
— При ней документы были, — напомнил он.
— Абонемент в библиотеку? — усмехнулась я. — Тоже мне документ.
— Прибавь к этому внешнее сходство и то, что один и тот же санитар принимал ее оба раза. Слишком много совпадений, не находишь?
— Нахожу, — пришлось согласиться мне. — И все же я не понимаю, как можно умереть дважды?
— Я пока тоже, — развел руками Селиванов.
— Ладно, звони этому Васильеву, рассказывай, с чего все началось, вдруг они там поумнее нас, — ответила я и вышла из кабинета.
Первое, что я сделала, выйдя на лестницу, — набрала номер санитара, который предусмотрительно сохранила в своем телефоне.
— Если я все-таки сплю, — произнесла я вслух, — пора бы уже проснуться.
Разумного объяснения, как Людмила могла умереть вчера, если пропала из морга пару недель назад, у санитара не было. Равно как и у меня. Я хотела было поехать в морг и поговорить с судмедэкспертом, но вряд ли он откажется от заключения, которое нам недавно озвучили.
Я налила кофе из автомата на первом этаже и вышла на улицу. Погода оставляла желать лучшего. Ветер гонял пожухлую листву, моросил дождь, а на тротуарах чернели лужи. В целом примерно такая же унылая картина была и у меня в голове.
Я наматывала по окрестностям круги, больше похожие на зигзаги. Итогом моих размышлений стало то, что я написала Ярославу сообщение с вопросом, во что была одета Людмила, когда поступила сегодня ночью.
Он долго не отвечал, хотя послание прочитал. Наконец я получила на телефон фото. На нем было обнаженное тело Людмилы, укрытое пленкой до подбородка, на нее Ярослав старательно выложил одежду, в которой обнаружили девушку.
По моему скромному мнению, он перестарался с помощью. Однако плюсы в такой подробной демонстрации все-таки были. Я смогла убедиться, что девушка действительно очень похожа на ту, что я хорошо помнила по фото.
