В окружении шумной веселья: дети бежали с мячом, влюбленные скользили по скамейкам, а я наблюдаю за всем этим, как один из многочисленных зрителей. Кофе давно иссяк, и только любопытство заставляет меня прислушиваться к тихим разговорам или уединенной меланхolie одного парня возле своей подруги. Всё кажется спокойным на первый взгляд, но внутри всё дрожит от неизвестности и возможностей, которые ждут вдали, за забором этого прекрасного парка....
Через пару мгновений прозвенел пронзительный звонок, и я поторопилась убраться из колледжа.
На улице лил дождь сплошной стеной. Я достала из сумки зонт, но быстро поняла, что он мне не поможет. Тогда я вернулась под козырек и вызвала такси. Отправилась я в контору, хоть и не была уверена, что меня там ждут.
Геннадия Михайловича на месте не было, секретарь сказала, что он сегодня на работе не появится. Я хотела было отправиться домой, но все-таки заглянула к Селиванову.
Он сидел, закинув ноги в грязных ботинках на стол, и пил кофе с печеньками.
— Погода дерьмо, — сказал вместо приветствия.
— Так ты в теплом кабинете восседаешь, грех жаловаться, — парировала я.
— А ты где так промокла? — спросил он, сделав большой глоток.
— В море купалась, — съязвила я.
— Ясно. Дай угадаю. К матери Милы ездила?
— Близко, — улыбнулась я, стягивая мокрый плащ. — К ней я вчера ездила. А промокла я по дороге из медицинского колледжа.
— И что там? — жуя очередную печеньку, спросил Антон.
— Наука там, знания. Студенты Демокрита цитируют.
— Еще скажи в оригинале. — Он аж подавился от смеха.
— Почти. На латыни, — невозмутимо ответила я.
— Ну а по существу?
— Так мы же больше не расследуем исчезновение трупов, — съехидничала я. — Кстати, в колледже очень хотят побыстрее проститься с талантливой студенткой. Как считаешь, выдадим им ту, что сейчас в морге? Или сначала выясним, кто есть кто?
— Татьяна, не перегибай, — осадил меня Антон. — Я понимаю, тебе хочется до истины докопаться, но у меня своих дел море.
— Вижу. — Я перегнулась через его рабочий стол и заглянула в монитор: там был разложен пасьянс. — Одна просьба к тебе, Селиванов. Поехали вместе к Веронике. Может быть, в твоем присутствии она расскажет нам, как так получилось, что дочь одна, а трупа два.
— Один, — поправил меня Антон, подняв палец вверх. Этот жест точно был лишним.
— Хорошо, один, но дважды скончавшийся. В принципе, я останусь довольна, если она внятно объяснит любой из этих двух вариантов.
— Может, она и сама не знает? — продолжал препираться Селиванов.
— Не знает, как протекала ее собственная беременность? — Я вскинула брови.
— Ладно, поеду я, поеду. Только завтра. — Он выразительно кивнул на окно.
— Селиванов, вообще-то ты на машине, — напомнила я ему.
— Будь проклят тот день…"
"— Когда ты сел за баранку этого автомобиля? — подхватила я.
— Нет, другой. Когда я предложил начальству воспользоваться свободной головой в нашем штате.
— Ну вот, в следующий раз хорошенько подумай.
