В окружении шумной веселья: дети бежали с мячом, влюбленные скользили по скамейкам, а я наблюдаю за всем этим, как один из многочисленных зрителей. Кофе давно иссяк, и только любопытство заставляет меня прислушиваться к тихим разговорам или уединенной меланхolie одного парня возле своей подруги. Всё кажется спокойным на первый взгляд, но внутри всё дрожит от неизвестности и возможностей, которые ждут вдали, за забором этого прекрасного парка....
Решил себе присвоить лавры, но потом вдруг вспомнил, что это вы меня нашли.
— Ну да, — улыбнулась я, сделав глоток воды из хрустального бокала. — По долгу службы. Ни на какую вечеринку я не собиралась, но вы не оставили мне выбора.
— Иногда человеку лучше не оставлять возможности выбирать. Кстати, и заказ я уже успел сделать до вашего прихода. Надеюсь, смогу угодить.
— Я всеядна.
— Не могу не спросить, — мягко начал он. — Как вы оказались в полиции? Это место будто бы вам совсем не подходит.
— Зато я подхожу ему, — пожала я плечами.
— Я ведь кое-что о вас узнавал еще перед нашей встречей. У вас хорошее образование. Я мог бы поспособствовать…
— Спасибо, я подумаю, — оборвала я его.
— Что ж, — он развел руками. — Я и не рассчитывал, что вы примете мою помощь.
Я только молча улыбнулась.
— Как продвигается ваше дело, в связи с которым мы встречались с вами в моем доме?
— Как раз вчера поймали злодея.
— Который убил Людмилу Светлову? — уточнил Гэтсби.
— Именно, — кивнула я.
Евгений поперхнулся, затем откашлялся в кулак.
— Она говорила, что ее брату лет десять.
— Так и есть, — кивнула я, прожевав зелень из салата. — Младшему.
— Ясно, — коротко ответил Гераскин.
— Евгений, помните, вы мне рассказывали интересную историю о том, как вы бегали в заброшенную усадьбу из лагеря?
— Разумеется, — улыбнулся он, но вышло напряженно.
— С Вероникой Светловой вы познакомились именно там?
Он вытер рот салфеткой, сцепил руки и подпер ими подбородок.
— Вы мне все больше нравитесь, Татьяна. Не перестаете восхищать. Да, с Никой мы встретились там. Это было последнее мое лето в городе, в сентябре мне предстояло уехать на учебу в Москву. Она была очень красива. Дерзкая, свободная и будто старше всех нас лет на десять.
— По возвращении из лагеря ваш роман продолжился?
— Да, мы не могли оторваться друг от друга вплоть до моего отъезда.
— Дальше была любовь на расстоянии? — предположила я.
— Я был бы рад, но уже через месяц после моего отъезда она призналась, что встретила другого, и оборвала со мной связь.
— Переживали?
— Конечно, — улыбнулся Гэтсби. — Думаю, это была моя первая настоящая любовь.
— Которая принесла разочарование.
— Не без этого, — ответил он.
— И когда вы обосновались в этом городе, решили вдруг ее отыскать? Попробовать отыграть?
— Нет, — он покачал головой. — Она сама меня нашла. Точнее, не она.
— Мила? — удивилась я.
