Он приготовился стрелять, пальцем отогнул занавеску.
За окном было темно. Спальня выходила на противоположную от крыльца сторону. Соседские владения закрывал сплошной дощатый забор, между ним и домом хаотично произрастал кустарник. Но в окно скреблись явно не ветки.
За ним кто-то стоял, поднявшись на цыпочки, и пытался достучаться до заспанного хозяина. Смутно прорисовывался контур головы. Он колебался, уродовался, как в кривом зеркале.
Потеки воды струились по стеклу. Нудно моросил дождь.
— Товарищ Неверов, откройте, пожалуйста.
Я не сделаю вам ничего плохого, — различил он дрожащий голос.
Андрей потянулся к шпингалету, с натугой подал его вверх. Створки словно выстрелили, затряслись, стали приоткрываться. Контур головы сделался ближе. Какой-то лохматый худощавый субъект, лица не видно.
— Чего надо? — буркнул капитан. — Ты кто такой, мил человек?
— Господи, наконец-то! — Голос незваного гостя подрагивал от волнения. — Товарищ Неверов, я знаю, кто вы такой. — Этот человек понизил голос, почти шептал: — Я Делягин Олег Кириллович, временно руковожу щебеночным карьером.
Неверов вспомнил. Это тот самый параноидальный тип, о котором поминал Чеплыга, вечно подозрительный, лезущий не в свои дела, выявляющий врагов даже там, где их в помине нет.
«А ведь не подкачала характеристика», — подумал Андрей, наблюдая за этим субъектом.
Тот снова подался вперед, видимо, привстал на фундаменте. Ударить рамой — до забора долетит.
— В чем дело, товарищ Делягин? — строго спросил Неверов. — Какого, извините, хрена вы шляетесь по ночам и людям спать не даете?
— Да подождите вы со своим сном, товарищ Неверов, — зачастил Делягин.
— Можете счесть меня сумасшедшим. Меня тут все называют параноиком. Но им так удобно, ведь боятся, что про них вылезет правда, поэтому и затыкают мне рот, отовсюду гонят. Вот увидите, если меня не убьют, то со дня на день снимут с должности, а там придумают какое-нибудь уголовное дело, закроют, сгноят за решеткой.
— Хотите войти? — спросил Андрей.
«Почему бы нет, раз я уже проснулся? Я должен выслушивать все без исключения свидетельства, даже самые бредовые».
— Нет, ни за что, — заявил Делягин и даже отшатнулся. — Я, знаете ли, боюсь за свою жизнь. За вашим домом следят. Они везде, их много. Вы даже не представляете себе реальных масштабов этого бедствия. Очень надеюсь, что проник сюда незаметно, но если задержусь, то они все узнают, и тогда нам обоим конец. Так что спасибо за приглашение, но лучше в другой раз.
