Идти в гости с пустыми руками было некрасиво, он захватил с собой банку тушенки.
— Да ни к чему это, сосед, — заявил Лопатин, стаскивая с печки закопченный чугунок. — Анфиса картохи наготовила с таким же тушняком. Но все равно спасибо. Еда лишней не бывает.
Он щедро навалил на тарелки картошку, вскрыл банку соленых огурцов, достал из шкафа небольшие граненые стопки. Самогон уже был разлит в трофейные емкости из-под шнапса. Хозяину дома не пришлось корячиться с тяжелой бутылью.
— Вещь дельная, не сомневайся, — пробурчал Лопатин, разливая выпивку.
— Давай, Григорьевич. — Он первым поднял стопку. — За победу, что ли?
— Так она вроде была уже.
— А чтобы не сглазить. Вдруг это сон? Подожди! Ты чего меня путаешь? За победу над Японией, я хотел сказать!
Мужики засмеялись, чокнулись, выпили. Напиток был не шедевром, но потек правильно. Собутыльники занюхали самогон ржаным хлебом. Потом Лопатин резко выдохнул, вновь схватился за бутылку, начал наполнять стопки.
— Вроде по рюмочке хотели, — заявил Андрей.
— Да и скорость потребления у тебя, сосед!..
— Нет, по рюмочке не выйдет. — Лопатин покачал головой. — Это же не чай, в самом деле. А скорость нормальная. Между первой и второй пуля не должна проскочить.
Впрочем, после второй собутыльники притормозили. Головная боль у Андрея стала рассасываться. Временно, конечно, но и то хорошо. Оба с аппетитом уминали картошку, хрустели огурчиками.
— Не хочу ни о чем тебя расспрашивать после вчерашнего, — пробубнил Лопатин. — Хорошо тебя встряхнули, капитан.
А я еще и про Делягина на работе слышал, ты и там ухитрился отметиться. Твоя служба, не буду в нее лезть, хотя и любопытно, конечно. Но если помощь от меня еще потребуется, то ты не стесняйся, я всегда здесь или на работе. Помогу, чем могу. Мы нашим славным органам всегда услужить готовы. Надоел хуже горькой редьки этот бандитизм. Вроде и войну выиграли, а все никак не кончится разгул.
— Что о здешних руководителях можешь сказать? — спросил Андрей. — Я тебе их перечислю, если забыл.
Капитан Невзлин из госбезопасности, майор Чеплыга, Пожарский из военных, Волонтарь, Шабанов. Кто там еще? Что скажешь об этих товарищах? Ты не бойся, никаких последствий для тебя не будет. Ты же свой, разве нет?
— Свой, конечно. — Лопатин озадаченно почесал затылок. — Да хрен тебя знает, что ты мне потом пришьешь. Ладно, скрывать нечего. Нет у меня больших претензий к этим товарищам. За Невзлина не скажу ничего, невидимый он какой-то.
