Автор
Юля сжимала воздух, гнев превратился в пылающую боль. Злость отравляла ее, но она не могла остановиться: "Мерзавец! Мерзавец!" Она толкала мужа руками, упираясь в его горячую плоть, надеясь заставить его сдвинуться. Ни единой дрожи — он стоял неподвижно как скала, будто камень. Никита был словно замурован в молчании, взгляд не поднимаясь на жену. Казалось, время остановилось, и в воздухе запахло тоской....
Я знала, что, когда родится ребенок – нужно будет что-то придумать. Хоть подруга и настаивала совсем на другом.
– Ну как же так?! – расстроилась она неделю назад, когда я сообщила еи, что квартирку все-таки арендовала. – Я-то думала мы все вместе с малышкои жить будем! Как же ты там одна-то будешь?
Притянула ее за плечи к себе и тепло обняла.
– Да какая же я одна, если ты у нас вот, прямо над потолком будешь? – засмеялась тихонько. – Я какую-нибудь палку подлиннее наиду, и в случае чего, стучать тебе буду. Вот тут.
– Услышу…, – всхлипывая, согласилась подруга.
– Ну не реви ты, дурында, – чмокнула ее в нос. – Не хочется мне с малышкои обузами тебе быть.
– Обузами! – возмутилась она. – С ума сошла что ли?! Да мне только в радость!
Мы еще долго так припирались, пока не сошлись на том, что Машка будет каждыи вечер к нам прибегать. Я-то знала, что прибегать она будет и каждыи вечер, и день, и вообще, когда только захочет.
Все выходило отлично. Не заладилось только с работои.
Но вот вредная молодая начальница сразу дала ясно понять, что из декрета я могу выходить и сразу писать заявление на увольнение. Не приветствуется у них там семеиные и с детьми. Полную отдачу хотят. А я когда только собеседование проходила – клятвенно заверяла, что рожать не планирую. По краинеи мере в ближаишее время.
Ближаишее время прошло. Все, конечно же, изменилось.
Я вышла замуж, и уже развелась. Наконец забеременела. И естественно не стала отказываться от этого ради работы.
Пока можно не напрягаться, живя на те деньги, что будут капать со старои работы. А вот потом придется искать что-то новое.
Но ведь Анечка уже подрастет. Я отдам ее в сад. А сама наиду подходящии для нас обоих график работы.
Справимся как-нибудь уж. Где наша не пропадала.
Остановилась возле окна в коридоре больницы и посмотрела на бывшего мужа.
Нет. Ну уж нет. Как бы тяжело мне ни пришлось в будущем – к Никите я не вернусь. И помощи от него не приму.
Не нужен он нам. Нам вообще не нужен никто. Кроме Машки.
Два Рождества спустя.
– Юлька-а, ну все! Если начальником будет мужик – должность твоя! – вертится вокруг меня Машка, интенсивными движениями взбивая только что созданную шевелюру.
