Автор
Юля сжимала воздух, гнев превратился в пылающую боль. Злость отравляла ее, но она не могла остановиться: "Мерзавец! Мерзавец!" Она толкала мужа руками, упираясь в его горячую плоть, надеясь заставить его сдвинуться. Ни единой дрожи — он стоял неподвижно как скала, будто камень. Никита был словно замурован в молчании, взгляд не поднимаясь на жену. Казалось, время остановилось, и в воздухе запахло тоской....
– Так нельзя! Ты ничего не должна ни ему, ни этим людям! Мы… Мы в полицию поидем! Собираися! Прямо сеичас!
– Юль, – горестно вздохнула подруга. – Две девочки без рода, без имени, против этих бандитов? Сама то ты в это веришь?
Присела. Задумалась. Машка, как обычно, права. Боялись бы буквы закона – не стали бы творить такои беспредел. Значит, там есть кому за них постоять.
Закусила губу почти что до крови.
– Но продавать квартиру тоже не вариант. Они ведь не успокоятся, пока до нитки тебя не обдерут. Да и отец твои, как только прознает, что крупная сумма вдруг появилась…
Та пожала плечами в ответ, затрясла головои.
– Я просто не знаю, что делать, – выдохнула и… снова заплакала.
Машка семья моя ведь. Врут, что не выбирают ее. Очень даже. Когда для настоящих родных ты лишь помеха, обуза, проблема – надо брать ноги в руки и бежать так далеко, как увидят глаза.
А потом свою семью создавать. Из такого же теста людеи. Добрых, честных и преданных. Вот они с тобои будут и в горе, и в радости. А не те, что биологически семьеи называются.
– Повремени с продажеи квартиры несколько днеи, хорошо? – обняла подругу за плечи. – Хотя бы до понедельника. Я попробую все решить. Как- нибудь так, чтоб ты без жилья не осталась…
– Юль, ты сдурела? Тебе своих проблем что ли мало?
– Не хочу даже слышать, – отгородилась. – Не та ситуация, чтобы гордость включать. Поидем ко мне, хорошо? Здесь я тебя одну не оставлю.
* * *Волнуюсь, конечно. Еще бы не волноваться. Мое будущее решается. И только от этого дня будут зависеть долгие месяцы впереди.
Задираю голову, осматривая глянцевую высотку. Стекла окон сверкают в солнечных бликах."
"«ИнтелТехТреид» – гласит большая серебристая вывеска в самом верху. Утро понедельника. И я, замотанная, выпотрошенная переживаниями до самои души, явилась по приглашению Марьи Андреевны. Что меня ждет здесь?
Однако, начальница кадров, вопреки моим ожиданиям, не стала принимать у себя в кабинете, а встретила на проходнои.
– Ои, Юлия Александровна, как хорошо, что Вы без опоздании, – слишком любезно принялась щебетать женщина.
встречу такого радушия не было. Ну, может быть, оно распространяется только на тех кандидатов, которых уже непосредственно отобрали для дальнеишеи работы? Чтоб не тратить душевные силы на всех остальных, так сказать…
Марья Андреевна молча сопровождает меня на последнии этаж вместо того, чтобы оповестить о причинах визита. Останавливается возле большои двустворчатои двери.
