Автор
В зеркальной обстановке кухни, ясно отражающей каждый штрих моей тщательности, моя навязчивая идея чистоты выглядела еще более запредельной. Ровная поверхность кухонного столешника служила безупречным экраном для любых грязных следов, подчеркивая мою бескомпромиссную позицию в этой области....
И в память обо всем, что было, в благодарность за то, что дал самое ценное - двух прекрасных детей - я просто… приехала.
И стала невольным свидетелем чужого, болезненного разговора.
* * *Она ненавидела его.
Впервые он видел ненависть там, где прежде светились только любовь и безграничная преданность - в ее карих, теплых, цвета горячего шоколада, глазах.
Она ненавидела его. За то, что сделал. За то, что жаждал сделать ей больно.
И сделал. Но не только ей - себе самому тоже.
Он смотрел на слезы, текущие по ее лицу, на руки, заломанные в жесте отчаяния, слышал срывающийся голос…
И понимал - он действительно все потерял.
Будь он другим.
Будь он другим - и он бы с миром отпустил Лиду, или давно признался бы ей во всем и ушел к той, кого, как воображал, любил последние несколько лет. Или просто попытался бы начать жизнь заново, как о том просила Агния, позволив ей залечить его раны, усмирить его демонов…
Но он был таким, какой он есть. Эгоистичным чудовищем, которое хотело забрать у нее все, как забрала она - у него.
"Он сам пошел с ней на сближение. Сам пожелал стать целым миром для одинокой, отчаявшейся девочки, сам удерживал ее рядом своими обещаниями, своей ложью, словами, которые она так хотела слышать… и которых ей было достаточно, чтобы оставаться с ним. На его условиях, так, как хотел и диктовал он.
Он, как паразит, высасывал любовь и силы сразу из двух женщин и никак не мог насытиться.
Он слишком поздно понял, что это вообще такое - любовь. Хоть и питался ею изо дня в день, только когда потерял - осознал, что только благодаря этому и жил.
- Я все могла бы тебе простить… - говорила Агния сквозь слезы, и ее боль передавалась ему самому. - Но ты сделал единственное, чего я никогда тебе не прощу. Никогда!
Он смотрел на нее молча, позволяя вылить на себя все. И не пытаясь даже просить прощения, потому что и сам понимал - тому, что сделал, никакого прощения нет.
Хотя он пытался остановиться. Уже когда выскочил на встречную - вдруг резко, охваченный ужасом прозрения, осознал, что творит. Попытался исправить ситуацию, как мог…
Но для Агнии это ничего уже не меняло.
- Я одного понять не могу, Слава…
Ее разочарование, ее слезы, резали ему душу. Как и мысли обо всем, что сделал прежде. Лида, девочки, Артем… он испортил жизнь всем. Перед всеми был виноват.
