Нож звякнул о разделочную доску, а я заваривала чай из свежепереваренного чая с витиеватым ароматом фруктов и пряностей для своей большой семью. Уютная домашняя атмосфера создавалась вокруг небольшого частного магазинчика, где я часто приобретала эти удивительно свежие травы и цукаты. Вечер проводилась в спокойном семейном киносеансе, когда мы вместе рассмеивались или плакали по повествованию душевных историй....
Сын вздернул голову и, озабоченно нахмурившись, спросил:
- А мы позовем к нам папу на Новый год?
Я ожидала этого его вопроса рано или поздно. И потому ответ у меня уже был готов.
- Конечно, ты можешь его пригласить. Он ведь твой папа.
Личико сына тут же засияло от радости, а я улыбнулась ему в ответ.
Быть мамой порой означало необходимость перешагнуть через собственные боль и обиду ради счастья своего ребенка.
Но главное при этом - не допустить того, чтобы пришлось перешагивать и через саму себя.
Глава 45
Куранты на экране телевизора пробили двенадцать раз.
Я подняла бокал шипучего, чокнулась с сидящим рядом со мной за столом Яковом, следом - с родителями.
- С Новым годом!
Ответный взгляд Якова таил в себе какое-то обещание и предвкушение, когда он с улыбкой добавил:
- С Новым счастьем!
Мы пригубили напитки и я поймала себя на мысли, что все почти как раньше. Почти…
Только теперь вместо нашего дома мы были в доме моих родителей. А вместо счастья и света внутри остались лишь пустота и ощущение, что все происходящее - ненастоящее и неискреннее.
А сам Ромка уже спал. Спал со счастливой, полной предвкушения улыбкой… Ведь наутро будут подарки. Будут прогулки и встречи с друзьями. Наутро будет Новый год. Счастье - это, оказывается, так просто…
Но уже не для меня.
- Кариш…
Рука Якова ласково накрыла мою и я подняла голову от салата, в котором безо всякого аппетита ковырялась вилкой.
- М? - откликнулась коротко.
Он улыбнулся: той улыбкой, от которой до сих пор сердце подскакивало к горлу.
- Давай выйдем, - предложил он, вставая и утягивая меня за собой. - Хочу тебе кое-что сказать…
Мне совсем не хотелось оставаться с ним наедине. Не хотелось видеть его больше, чем то требовалось для счастья Ромки. Но и превращать праздничный стол в место препирательств и споров не хотелось тоже.
Поэтому я покорно встала и последовала за ним.
Мы вошли в зал. Яков остановился у богато напряженной елки - родители не скупились на игрушки и гирлянды - а я замерла в некотором отдалении от него. Так, чтобы слышать его голос, но не быть друг к другу слишком близко.
- У меня есть для тебя кое-что…
Я с удивлением заметила, что его голос дрожал от волнения. Как и руки, которые он совершенно явно не знал, куда деть…
Но еще больше поразило то, что случилось дальше.
