Нож звякнул о разделочную доску, а я заваривала чай из свежепереваренного чая с витиеватым ароматом фруктов и пряностей для своей большой семью. Уютная домашняя атмосфера создавалась вокруг небольшого частного магазинчика, где я часто приобретала эти удивительно свежие травы и цукаты. Вечер проводилась в спокойном семейном киносеансе, когда мы вместе рассмеивались или плакали по повествованию душевных историй....
Но столкнулась с Яковом уже в коридоре.
- Поговорить надо… Карин, - сообщил он без лишних предисловий.
Эта фраза явно не скрывала в себе ничего хорошего. Во всяком случае, для меня.
Яша кивнул на дверь кухни, словно приглашая меня туда пройти. Не выдержав, я фыркнула:
- Теперь моя очередь пройти к султану на аудиенцию?
- Давай, пожалуйста, без этого… без сарказма твоего.
- Ну уж извини… что заслужил, то и получай.
Я раскрыла дверь кухни, мазнула взглядом по Инге, так и сидевшей с жирными волосами, взяла стакан и налила туда воды.
Когда уже выходила в коридор, услышала:
- Яш, мы с Олесей пока в ванную пойдем…
Резко обернувшись к ней, я отрезала:
- В каком смысле? Тут вам не общественная баня.
- Идите, - вмешался в диалог Яков.
Я повернулась к своему… сожителю, готовясь решительно ответить, но вспомнила, что меня ждет сын. Который может все это слышать…
Сцепив зубы, прошла обратно в гостиную, протянула Роме стакан с водой и попросила:
- Сынок, ты поиграй еще на планшете у себя в комнате, ладно? Нам с папой надо поговорить.
Он бросил любопытный взгляд на Олесю, так и застывшую с книгой в руках, но, словно осознав, что ему сейчас все равно ничего не скажут, только плечами пожал и сказал:
- Ладно.
У двери на кухню я столкнулась с Ингой, которая оттуда выходила с явным намерением отправиться туда, куда и собиралась - в ванную комнату. Можно, было, конечно, учинить скандал по этому поводу, но пугать детей не хотелось. Да и сил осталось уже не так много.
И, тем не менее, когда мы с Яковом остались на кухне наедине, я не преминула поинтересоваться:
- Ну и как давно мое слово в этом доме ничего не значит?
Он сжал челюсти, словно мысленно взвешивал ответ или просто пытался сдержать злость, после чего заметил:
- Это и мой дом тоже, Карина.
- Поэтому сюда может заявляться кто попало? И мыться в нашей ванне?
- Они - не кто попало…
Ожидаемые, предсказуемые слова, но меня ими будто ударило.
- Что ты хотел сказать? - поинтересовалась я холодно, сделав перед этим несколько вдохов и вдохов, чтобы унять поселившуюся в груди боль, и желая поскорее покончить с неопределенностью.
- Инге и Олесе негде жить. Поэтому они пока что останутся с нами…
Этого услышать я уж точно не ожидала. Не стесняясь в выражениях, отреагировала:
- Ты в своем уме? В моем доме не будет посторонних!
На его лице снова заиграли желваки. Он сухо обозначил:
- Как я уже сказал, это и моя квартира тоже.
