— Я… не ожидала вашего появления, — пробормотала первое, что пришло на ум, сама не зная, за что пытаюсь оправдаться. За то, что сидела за чужим роялем или за то, что так безумно колотилось сердце?
Он удивленно приподнял брови, но улыбка, которая наползла на губы, была непривычно мягкой.
— Надеюсь, это не означает, что вы мне не рады, — прокомментировал он, подходя ближе.
Я не видела его чуть больше недели, но ощущала его приближение так остро… словно ждала этого человека не несколько дней, а целую вечность.
А может, так оно и есть, — мелькнула в голове странная, абсурдная мысль.
— Ну как у вас тут дела? — поинтересовался Эмиль, остановившись напротив.
Он двигался медленно, почти вальяжно — так, как ему было совсем несвойственно. И это показалось мне частью какой-то странной игры, в которой я одна не знала правил.
— Как видите, я жива, — пошутила в ответ. — И ваш отец, можете быть уверены, тоже.
— Хорошо, — произнес он рассеянно, почти безразлично, не отнимая при этом от меня взгляда.
А потом вдруг резко развернулся и направился к шкафчику, где, как мне было известно, хранились напитки разной степени крепости.
— Выпьете со мной… Вероника? — спросил он, не оборачиваясь, и тут же спохватился сам:
— Ах да… вам же нельзя. Тогда я налью вам сока, а вы… просто посидите со мной.
Все это было… странно. Но я покорно устроилась на диванчике, ощущая умиротворение и одновременно напряжение от его присутствия здесь.
Он опустился рядом со мной. Протянул мне стакан сока и отхлебнул из своего бокала.
Говорить не торопился, а может, и вовсе не хотел. Я вдруг поймала себя на том, что смотрю за тем, как янтарная жидкость встречается с его губами и как сильнее обозначается ямочка на подбородке, когда он приоткрывает рот…
Усилием воли я заставила себя вернуться мыслями к тому, о чем хотела с ним поговорить. Ради чего ждала — во всяком случае, я предпочитала думать, что деловые вопросы — единственная для того причина. Так было безопаснее для себя самой.
— Эмиль, я хотела спросить у вас кое-что…
— Ммм? — издал он в ответ.
— Вы ведь знаете, чем занимался Артем? Я имею в виду… демпинг. И, наверно, догадываетесь, засчет чего он устанавливал столь низкие цены…
Эмиль вдруг со стуком поставил бокал на стол и резко меня прервал:
— Нам обязательно сейчас говорить о вашем муже?
Я растерянно моргнула:
— Нет, но…
— Давайте все «но» оставим на потом, — попросил он уже спокойнее.
— Хорошо. Мне лучше молчать?
Он отрицательно мотнул головой.
