В грезах Унтер-ден-Линден ждут только тайны. Проснувшись среди ночи с собою что-то хорошее — письмо от доброго друга, посылку с цветами или простой заблудшего путника — мирные спали Софи и малаец Андре, горничная Кристина давно ушла домой, а кухарка фрау Кремер лишь взяла нынче вых. Этот дом — настоящий кладезь тайн и загадок, где каждое стекло витража прячет свою историю....
Я подсела к ней и с нажимом спросила:
– Мог ли кто посторонний войти в вашу каюту в эти дни?
Ева, громко всхлипнув – она и правда плакала – кивнула несколько раз:
– Да-да, господин Эспозито уже спрашивал об этом: велел припомнить, кто входил и кто мог спрятать мундштук в моих вещах. Я все эти дни почти не выбиралась наружу, но, когда выходила, и впрямь не запирала дверь. Так что да – войти мог кто угодно!
С большим усилием выждав, когда Ева договорит, я недоверчиво уточнила:
– Вы говорили с синьором Эспозито?
– Да! Он сам меня нашел сразу после обыска.
– Кто?..
– Я еще думала, почему Жанна глядит на него так, будто они знакомы – а они, оказывается, и были знакомы. Жанна наняла его, чтобы он нашел ее дочку!
– Эспозито сам заговорил о дочери Жанны, или вы рассказали ему прежде?
– Не считайте меня дурой: я не выдаю тайн Жанны кому попало! Он сам о ней заговорил. И знал некоторые подробности, так что, уверена, не врал.
Я откинулась на подушки. До чего безумный день!
Ежели предположить, что Эспозито – и правда частный детектив, то многое становится на свои места…
– И что же он – нашел дочь Жанны? – уже не зная чего ждать, спросила я."
"– Нет, не успел. Но утверждает, что найдет. И убийцу Жанны пообещал найти, потому как для него это теперь дело чести. Слава Богу, он поверил, что я этого не делала. И даже согласен со мною, что это сделала Аурелия. Ведь ее каюта совсем рядом с моею! И с тех пор как ее освободили из-под ареста, она бродит, где ей вздумается.
Я смотрела на Еву с крайним подозрением. Уже готова была поверить, что Эспозито и правда частный детектив, но его вывод, будто убийца – Аурелия, снова заставил сомневаться. Кажется, этот тип всего лишь говорил то, что желала услышать Ева. Зачем? Не верю, что он просто желал утешить расстроенную девушку.
– Ева, помните ту ночь, когда вы заглядывали ко мне с книгой? Вы ведь после отправились не к себе.
Не ожидала я такой реакции, но Ева вспыхнула как спичка:
– Я ведь не спрашиваю, с кем вы были в то раннее-раннее утро, когда застали меня, растрепанную, в коридоре! А ведь тот красавчик явно не ваш муж и даже не господин Вальц! – Она вскочила на ноги. – Вы уж простите, Лили, может, я и не отличаюсь большим тактом, но, по крайней мере, не сую свой нос в чужие дела.
