В грезах Унтер-ден-Линден ждут только тайны. Проснувшись среди ночи с собою что-то хорошее — письмо от доброго друга, посылку с цветами или простой заблудшего путника — мирные спали Софи и малаец Андре, горничная Кристина давно ушла домой, а кухарка фрау Кремер лишь взяла нынче вых. Этот дом — настоящий кладезь тайн и загадок, где каждое стекло витража прячет свою историю....
Как бы там ни было, я попрощалась с детьми, а напоследок строго посмотрела на дочь и предупредила:
– Не шали!
Последнее замечание было не лишним. Софи умела казаться паинькой, но иной раз могла вытворить такое, чем даже любимого папочку, вечно ей потакающего, ставила в тупик. Достойная дочь своего отца!
А после я поторопилась в условленное место – в кормовую часть, где действительно дожидался меня обер-лейтенант Вальц.
Глава 6
5 июня, 11 часов 40 минут
Балтика, территориальные воды острова Борнхольм, Датское королевство
– «Ундина» первое судно в германском флоте – да и вообще в Европе – которое лишено парусного оснащения.
Обер-лейтенант цур зее Герман Вальц сел на любимого конька. Действительно ли он был морским офицером, или только играл его роль – море его в самом деле волновало.
– Движется лишь благодаря паровым котлам и двум винтам… а впрочем, отсюда их не разглядишь.
Это было правдой. Сколько не перегибалась я за борт, никаких винтов не увидела.
Смотреть туда, за борт, в мутную беспокойную воду мне было отчего-то неприятно – тревожно. Я предпочитала оглядываться на палубе. Ждала, что, может, явится на странную эту встречу и мой муж. С ним бы я наверняка чувствовала себя спокойней.
Но надежды мои разбил Вальц, сказав прямо, наконец:
– Мне жаль, мадам Дюбуа, но месье Дюбуа к нам в этот раз не присоединится. Беседа… с нашим общим знакомым задержала его.
Дополнил свою речь лейтенант Вальц тем, что с теплотою пожал мою руку и весьма проникновенно поглядел в глаза. Мне это совершенно точно не нравилось. Да и вообще, жизнь научила, что как раз тем, кто так настойчиво просит довериться – верить следует меньше всего.
Однако Вальц вызывал скорее неясную тревогу, чем неприязнь или страх. У меня не было однозначного ответа, как на его внимание реагировать.
– У вас какое-то дело ко мне, господин обер-лейтенант?
Тот все понял правильно. Убрал руки за спину и даже чуть отстранился:
– Вы мне не верите, – печально констатировал он. – Что ж, разговор действительно предстоит деловой. Я должен услышать, что именно говорил вам Эрих Шефер.
