В грезах Унтер-ден-Линден ждут только тайны. Проснувшись среди ночи с собою что-то хорошее — письмо от доброго друга, посылку с цветами или простой заблудшего путника — мирные спали Софи и малаец Андре, горничная Кристина давно ушла домой, а кухарка фрау Кремер лишь взяла нынче вых. Этот дом — настоящий кладезь тайн и загадок, где каждое стекло витража прячет свою историю....
Даже смешно: у меня двое детей от этого человека – и я все еще в нем сомневаюсь! Это безумие какое-то, это нужно прекратить!
Практически усилием воли я заставила себя сделать шаг к сервировочному столику и опустила на него графин. Но все еще сжимала в ладони ручку и тяжело дышала, не в силах унять волнение."
"Было и еще кое-что, что меня останавливало. Кто бы ни задушил Шефера на этом самом ковре – пролив сок, я уничтожу следы убийцы. Нет, я не могу так поступить, просто не могу…
В страхе, что сумасшедшая идея посетит меня снова, я оставила графин, отошла от столика, схватила свой ридикюль и бросилась из каюты вон.
Но уже в дверях столкнулась с Вальцем. Ахнула практически в голос.
Он видел что-то? Понял что-то? Ну разумеется, он догадался о моей безумной попытке уничтожить следы!
Или все же не догадался?!
– Простите, мадам Дюбуа, не хотел вас напугать, – он легко и галантно поклонился, не сводя с меня въедливого взгляда.
Возможно, в его взгляде было еще что-то, но мне он казался прилипчивым, излишне любопытным и желающим прочесть все мои потаенные мысли.
– Вы меня не напугали, господин Вальц. Простите, я хочу увидеть детей.
– Бланш поднялась с Софи и Андре на палубу – я только что видел их, – степенно объяснился Вальц. – Думаю, подышать свежим морским воздухом не откажитесь и вы. Тем более что пароход снова тронулся в путь, и нам вот-вот откроются красивейшие виды.
Этот человек снова сбивал меня с толку.
– Мне позволено подниматься на палубу? – недоверчиво уточнила я. – Право, думала, я под домашним арестом, раз вы меня подозреваете в страшном преступлении.
Вальц обезоруживающе улыбнулся:
– Я не ваш похититель Шефер, и не ваш муж – чтоб держать вас взаперти. Разумеется, вы можете бывать где заблагорассудится. Позволите проводить вас на палубу прямо сейчас?
Он выставил локоть, и я, нервно оглянувшись, не нашла причин отказать. Мы вместе поднялись на открытый воздух.
Пароход и правда двинулся в путь, и я искренне этому радовалась, хоть глаза с непривычки до боли слепило ярким полуденным солнцем. Мы проплывали вдоль побережья шведского острова Готланд с его белыми песчаными пляжами, живописными дюнами и грозными скалами, на которые в бурю и правда могла напороться наша «Ундина». В глубину острова уходили поросшие зеленью рыбацкие деревушки и старинные каменные церкви.
