Автор
Южное побережье Англии, в окружении вековых дубов и крутых откосов — Март 1831 года. Ночь была беззвездная, тьма непронзимая. Вдали слышались звуки моря, но на суше было пусто. Джулиан привязал коня к древнему дубу и осторожно спустился по узкой тропинке в укромную бухту, где в ночи казалось особенно безопасным....
— Ты долго держался, мой мальчик, я не буду больше дразнить тебя. Пойдем со мной.
Джулиан вошел в гостиную, кивнул дамам, а потом взглянул на подарок барона. Над камином висел портрет мужчины. Сердце Джулиана часто забилось. Он почему-то был уверен — это его отец. На портрете он был молод, примерно ровесник Джулиана. Он был высок и строен и излучал не меньше силы, чем черный жеребец у него за спиной. Его крупная рука лежала на изящной шее животного. Легкая улыбка играла на губах. Настоящий джентльмен из восемнадцатого века — черные волосы припудрены, а брови темнее снов грешника.
Джулиан был его копией. На онемевших ногах он подошел к портрету и молча смотрел на него. Он не заметил, что все замолчали. Никто не произнес ни звука, все задержали дыхание в ожидании.
Джулиан сглотнул. Он не повернулся, только спросил:
— Сэр, откуда у вас этот портрет? Я никогда не видел его. Я вообще никогда раньше не видел портретов отца.
Коринна, стоявшая рядом, тихо произнесла:
— Я тоже никогда не видела его, Руперт. О, знала бы я его тогда, я бы устремилась к нему через самый жестокий шторм. Даже в старости он был величествен. — Она замолчала и сглотнула. — Ты его копия, дорогой. Я никогда не думала… — Она снова сглотнула и повернулась. — Откуда у вас эта картина, Руперт?
— Его светлость передал мне портрет незадолго до смерти. Он сказал, что, поскольку мы с ним близки, наверняка будем близки и с его сыном.
Джулиан чувствовал, как поток эмоций захлестывает его. Он повернулся к барону и сказал просто:
— Спасибо, сэр. Спасибо вам большое.
— Я тоже благодарю вас, Руперт, — добавила Коринна и раскинула руки.
Пожилой слуга, должно быть, стоял за дверью, поскольку тут же оказался в гостиной и сел за фортепьяно. Скоро мелодия вальса заполнила гостиную. Джулиан никогда не переставал удивляться, как эти больные пальцы извлекают такую чудесную музыку.
Он повернулся к Софи. Она не двинулась с места, только улыбалась ему. Он поднял бровь и предложил ей руку.
