Автор
В медкабинете после непростого боя Тай ощущает себя почти готовым к новому противостоянию. Его папа, всегда беспощадный и жестокий, внезапно выходит из укрытия, неся с собой шокирующие новости и тайны о будущем его жизни.
— Тай, пожалуйста, — и глаза на мокром месте.
Сдаюсь. Есть у меня одна мысль, где отец может быть. Она мне категорически не нравится. И если подтвердится, я ему точно всеку. С ноги!
Пока гоню это все от себя. Собираюсь и еду во дворец.
У нас разминка, последние наставления. Юрий Германович опять заглядывает мне в глаза.
— Включай давай свои лампочки, — смеется он. — Все получится. Я в тебя верю. Главное, без понтов перед девочками. Вышел. Качественно отработал. Забрал победу. Ты хороший, сильный боец.
— Спасибо.
Пипец, как приятно. От отца бы такое услышать. Нереально мощная энергия прет от этой поддержки. Жру ее жадно, до капли. Это мой резерв теперь на сегодня.
Выхожу в зал. Взгляд сразу цепляется за наших парней. Рядом с ними футболисты, с которыми эти олени бухали. И Юлька. Сердце сразу разгоняется. Сталкиваемся взглядами. Я ловлю от нее «Удачи» одними губами.
Моя же ты девочка. Будешь моим талисманом сегодня.
Так бы смотрел и смотрел, но пора бы и правда включиться лампочкам, про которые все время твердит тренер.
Переключаю все внимание на ринг. Из зала тоже поддерживают. Рядом с тренером появляется отец. Похер. Не до него сейчас. Хотя хорошей такой злости мне добавляет. Не позволяю ей взять над собой верх.
Врываюсь в атаку с сигналом. Закрываюсь от ответных ударов. Провожу прием.
Гонг.
Отдышавшись, выхожу на следующий. Экономлю энергию. Выдаю всю ее позже, отправляя парня в нокаут.
«Так то!» — усмехаюсь отцу.
Смотрит на меня с удовлетворением. Что-то говорит тренеру. Терехов строит недовольную рожу и поднимается поздравлять.
— Красиво на место поставил, — смеется он, хлопая по плечу. — Так и надо. Молодец.
— Я же вам обещал, — ухожу с ним с ринга.
— Обещал. Иди, принимай поздравления. Позже увидимся.
Кручусь в поисках своей красоты.
Ну, где она? Я хочу свой адреналиновый поцелуй. Во мне этого добра сейчас выше крыши. Готов делиться. Это превращается в нашу с ней очень личную и очень приятную традицию.
— Неплохо, — рядом внезапно нарисовался отец.
— Матери позвони.
Пусть идет в задницу. Я хочу кайфонуть от этой маленькой победы. Мне очень нужно было. Самооценка вернулась на прежнюю отметку. Можно работать дальше."
"Где же моя девочка прячется, а? Я шею сейчас сверну.
Нашел!
Догоняю, хватаю за руку и тащу за собой, пока не очнулась. Заталкиваю нас в небольшую нишу за музыкальной аппаратурой. Прижимаю ее к стене.
— Тай, ты озверел?! — дергается.
Наивная.
