— Я думаю, картина здесь ясна. — Егор присел на пенек рядом с развороченной избушкой. — В буреломе вместе с трупами Бугатова и Матвеева находилась лошадиная туша. Похоже, что кобылу медведь порвал чуть раньше.
Она вышла к избушке и сдохла. Не знаю, кому из них пришло в голову, — кивнул он на волокуши, — поставить петлю на медведя, по-моему, на такое только спьяну можно решиться.
— Они точно спирт пили, — изрек Ермашка и выбросил из-за спины жестяную банку из-под контрабандного спирта. — За избушкой нашел.
— Ну, значит, и вправду нажрались, — вздохнул Егор, — только, как поставить петлю на зверя, никто из них даже понятия не имел. Таиска хоть и охотница, но больше по гусям да глухарям.
— Да какая ж это петля? Хомут, а не петля! — возмутился Ермашка. — Петля в затяг идет, а здесь аба рванул — проволока сразу лопнула.
— А я о чем говорю! По правилам петля зверину придушить должна была, а не просто захомутать. — Егор повернулся к Алексею. — Давай, Алексей Дмитрич, — записывай предварительную версию происшествия…
И он изложил свою версию трагедии, разыгравшейся здесь, основываясь на найденных на месте уликах: клоке штанов Ерофея на дереве, топоре, обломках деревянной пики, которой, очевидно, дразнили попавшего в петлю зверя…
И только успел Алексей все записать, как раздался радостный голос Егора:
— А вот и подмога явилась! Теперь мы этого мерзавца непременно прищучим.
И Алексей увидел под горой группу вооруженных всадников, переезжающих вброд каменистый ручей.
Он вздохнул с облегчением и вдруг вспомнил слова учителя, что-то, кажется, про кару небесную, да еще мучительную смерть, которая непременно настигнет убийц Тригера…
Похоже, так оно и получилось. Алексей снова вздохнул и мысленно перекрестился.
Тела беглецов и до сей поры не пришедшую в себя Таиску в сопровождении четырех конных полицейских отправили в Тесинск. Остальные же остались готовиться к облаве на медведя, который не мог уйти далеко от припрятанного в буреломе лакомства. Не иначе затаился где-то поблизости.
Поэтому решили не дожидаться завтрашнего утра, а приступить к поискам зверя-убийцы немедленно, благо, что до наступления темноты было еще не менее пяти-шести часов.
И это при том, что в горах ночь наступает раньше, чем на равнине.
Шли цепью, не спуская собак с поводка в надежде, что они и сообщат о медведе лаем.
Алексей старался не отставать от Егора и Ермака. Впрочем, это было совсем не сложно. Урядник постоянно держался слева от него, а охотник — справа. И вскоре он понял, что они делают это намеренно, то есть почти ведут его на поводке, как недавно еще Ермак вел своих лаек. Но спорить не стал. Все-таки в тайге он был новичком и не хотел попасть под удар медвежьих лап из-за того, что вздумалось потешить свое самолюбие.