Автор
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Талисман Белой Волчицы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Сполоснись, Алексей Дмитрич, все легче станет. Устаток как рукой снимет. — И с довольным видом поболтал фляжкой. — Сейчас приедем, ранки на ногах смажу, к утру, не поверишь, затянет, как на собаке!
— Ты мне лучше скит покажи, где старец этот живет!
— Это мы мигом! — Урядник взгромоздился на лошадь, поругивая больную ногу за неуклюжесть, и кивнул головой. — Поехали.
Они завернули за скалу и сразу же увидели скит — огороженный высоким частоколом дом, который ничем не походил на охотничье зимовье. Настоящая, добротная изба, скатанная из огромных, переложенных мхом лиственничных бревен, крытая дранкой, с четырьмя застекленными, а не затянутыми звериным пузырем окнами, какие Алексею приходилось встречать в глухой тайге во время долгих мыканий в поисках Захара и Ерофея.
— А давай-ка, Алексей Дмитрич, в гости к старцу напросимся, — подмигнул Егор и, не дожидаясь его согласия, забарабанил в ворота кулаком.
В ответ раздался звонкий собачий лай, а через некоторое время хлопнула дверь и послышались тяжелее шаги.
— Зря ты это затеял, Егор Лукич! Ему же вера не позволяет с мирянами общаться! — прошептал Алексей.
— Ничего, как-нибудь стерпит, — ответил Егор и снова постучал в ворота.
— Иду ужо, — донеслось из-за частокола. — Кого принесло на ночь глядя?
— Отставного унтер-офицера егерской команды гвардейского Синявинского полка, ныне урядника полиции Базинской волости Тесинского уезда Егора Лукина Зайцева, а также подпоручика корпуса Горных инженеров Илью Николаевича Полетаева! — отбарабанил урядник.
За воротами помолчали, потом глухим басом пробурчали:
— По какой надобности?
— Это мы тебе объясним, когда в избу пустишь, — ответил Егор и прикрикнул:
— Давай отворяй ворота, Протасий! И не вздумай шутковать!
Ворота скрипнули, пропуская всадников. Они спешились и привязали лошадей к перилам крыльца. Старец окинул их недружелюбным взглядом из-под густых бровей и вместо приветствия пробормотал:
— Я с властями не шуткую! Проходите в избу. — И первым поднялся на крыльцо.
В сенях было темно, но старец привычно нашел ручку и потянул на себя дверь. Внутри изба состояла из одной большой комнаты. Половину ее занимала огромная русская печь из дикого плитняка, вдоль стенок раскинулись просторные лавки. На одной из них лежали лисья доха и подушка в цветной наволочке, видно, здесь старец спал.
Передний угол занимала божница из икон с непривычно темными ликами, со сложенными молитвенно двумя перстами, в медных окладах, а то и вовсе без оных, да серебряный восьмилапый крест, под которым едва теплилась лампада.
Здесь же высилась толстая книга в кожаном переплете с серебряными замочками.
— Пищу отведайте, — провозгласил старец, вытянув руку в направлении стола.
