Автор
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Талисман Белой Волчицы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А я знаю, сколько и что мне причитается.
Однако провести меня трудно. Я ведь не за всякое дело берусь. Мелочь разная, чулки, пудра — это не по мне. У меня дела покруче, а сейчас и вовсе можно развернуться: опиум поставлять, к примеру. Местный народец уже расчухал, что к чему. Потянулись к дурману, а за него что угодно готовы выложить. Золотишко там, меха… А мне рыжья много надо, чтоб дела еще шире развернуть. Брательнику моему Тимохе и не снилось, какие задумки у меня в голове. Всю Монголию под себя уложу, а там и маньчжуров прищучу. Это они с виду только важные да пузатые, а пугни только, живо об… — Он замотал головой и вновь подлил себе из бутылки, только выпил, уже не закусывая, и вперил в Алексея мрачный взгляд. — Чего молчишь, легаш?
— Слушаю, — ответил односложно Алексей.
— Вот то-то и оно, что тебе только слушать и остается. — Степка захохотал, обнажив желтые, прокуренные, по-лошадиному крупные зубы. Затем совершенно трезвыми глазами посмотрел на Алексея и спросил:
— Небось надеешься, что тебя вот-вот отсюда выцарапают?
Алексей неопределенно пожал плечами.
— Хрен они тебя выцарапают! — хмыкнул удовлетворенно Степка и откинулся головой на стенку юрты. Цыкнув зубом, он срыгнул воздух и насмешливо посмотрел на Алексея. — Две недели прошло, тебя уже, почитай, похоронили.
Лошадь твою на третий день чабаны привели в волостную управу. Искали тебя по всей степи, но не нашли. Сгинул ты!
Сквозь землю провалился! Правда, Мишкины гонцы до сих пор везде рыскают, о тебе спрошают, но уже без особой надежды. — Он пьяно захихикал. — Анфиска, дура, истерику закатила, кажный день свечку в церковь ездит ставить за твое, мол, спасение. Ревет благим матом, люб он мне, говорит.
Я ее поучил маненько, все без толку, блажит, словно по покойнику. — Он склонился, приблизив широкое лицо к Алексею. — Али впрямь покойник? — И сам же ответил с довольным видом:
— Нет, дышишь пока. Вытащил китаеза тебя с того света.
— Что тебе надо от меня, если я, по-твоему, почти покойник? — произнес Алексей сквозь зубы.
— Для них ты точно покойник, — кивнул он в направлении окна, — а для меня в самый раз. Хочешь, я тебя с собой возьму? Дело сделаем, и возьму!
— Какое дело? — насторожился Алексей.
— Ну вот, сразу видно, что легаш, — ухмыльнулся Степка, — сперва про дело спросил, а не про то, куда я тебя забрать хочу. Только про дела наши тебе знать не положено, хотя узнаешь, еще как узнаешь, — произнес он самодовольно, — только помешать уже не сможешь.
