Девушки-снайперы во время Великой Отечественной войны демонстрируют мужество и мастерство. История фокусируется на их боевой деятельности и личных переживаниях, когда Вадим Лавров и Люда Михайлова ищут противника в траншеях. Напряжение нарастает при поиске и столкновении с реалиями войны.
Тогда Наташа зашла сзади и, проговорив сквозь стиснутые зубы: «Форвертс!», слегка ткнула его острием кинжала пониже спины. Пленный дернулся, как от удара током, и, согнувшись, засеменил вслед за Диной.
— Сразу понял, что к чему, — усмехнулась Самсонова.
Через каждые тридцать — сорок метров все трое ложились, чтобы отдышаться. Поднимались и опять бегом вперед.
Вот и проволочное заграждение. Наташа запомнила место, где они выползали, — кол с небольшой подпоркой. Увидела его.
— Бери левее, — сказала Дине. — Около того кола с подпоркой лежит рогулька, присыпана землей. Приподнимай проволоку. Не бойся, тут погремушек нет. Рогульку я сама потом возьму.
Первый ряд заграждений преодолели. Между ним и вторым — минное поле. Чуть правее виднеется такой же кол с подпоркой. Вот на него и надо ползти. Прямо-прямо, ни на метр в сторону. Пленному Наташа сказала:
— Эй, оккупант. Айн метр линкс, айн метр рехтс — капут.
— Я, я, — закивал тот.
— Смотри, какой стал сообразительный.
Все заграждения миновали удачно. Хотели уже подняться во весь рост, как вдруг резкое, повелительное:
Вздохнули облегченно: наше боевое охранение. Пароль и отзыв названы. А вот и первая траншея. Дежурившие в ней пулеметчики пришли в недоумение — девушки-снайперы притащили «языка». Такого еще не было.
Наташа и Дина спустились в траншею и в изнеможении привалились к ее стене. Ноги совсем не держат. Гитлеровец, озираясь, смотрел по сторонам.
— Вытащите у него кляп изо рта, — попросила Самсонова пулеметчиков. — А руки оставьте как есть. Это ведь он со своими дружками-разведчиками лез сюда, к нашим позициям, чтобы взять «языка». Вы их отсюда шурнули. Вот они двое и наскочили на нас. Одного она, — кивнула на Дину, — прикончила, а второго, вот этого, оглушила, а потом мы его скрутили.
— Ай да девка! Ай да молодец! — восхищенно проговорил один из пулеметчиков. — Такого верзилу свалила!
Дина в смущении отвернулась, развязала тесемки маскхалата, скинула капюшон.
— Все, передохнули малость, надо двигаться дальше. Сдадим этого гуся в штаб — и отдыхать.
Но вести пленного далеко не пришлось. Из роты позвонили в полк и доложили, что снайпера притащили «языка». Из штаба тут же отправились на передний край майор Стороженко, представитель особого отдела и переводчик. Встретились с девушками у блиндажа командира первого батальона. Начальник штаба обнял каждую.
— Спасибо, милые. Большое спасибо. Обе будете награждены. Командир полка уже доложил о вашем подвиге в дивизию.