Автор
Ночной ужас проникает в душу, когда ты смотришься в зеркало. Ты чувствуешь себя беззащитным куском мяса на рынке — цели для любопытных взглядов и жадности. Страх и робость окупают тебя как град, а вот чувство тревоги усиливается, словно волна. Даже этот проклятый воздух кажется убийственным, отравляющим твое сознание....
Роза стоит ко мне спиной под невысоким деревом и разговаривает по телефону. Хочу уже позвать ее, но когда до меня доходит смысл ее слов, я замираю на месте.
— Я не могу так, не могу! Какой же ты деспот! Она похоронила бабушку!
Она замолкает, внимательно слушая собеседника в телефоне. Тяжело вздыхает и истерично вскидывает руками.
— Надо все ей рассказать! Я вижу, как ей тяжело! Я скажу ей правду! — Роза нервно дергает ногой. — Да? И что ты мне сделаешь?! Я собираюсь сказать ей, что никакого изнасилования не было и ты меня не остановишь!
Я делаю неловкое движение, и сухая ветка под моей ногой громко трещит, разрывая кладбищенскую тишину.
— Никакого изнасилования не было?
— Адель… Я все объясню, — ее жалостливые глаза находят мои, она нервно закусывает губу и с силой сжимает телефон в кулаке. — Мы с Данилом собирались брать ипотеку, ты знаешь как нам нужны были деньги.
— Поверить не могу…
— Прости меня…
— Сколько? — я подхожу ближе к Розе и замечаю ее недоумевающий взгляд. — Сколько он тебе дал?
— Триста тысяч… — она произносит после небольшой паузы и стыдливо опускает глаза к земле.
— Триста тысяч? Такова цена нашей дружбы? Убирайся.
— Адель…
— Уходи!
После моего крика, Роза дергается и делает пару шагов назад. Кидает на меня последний взгляд и разворачивается. Я продолжаю смотреть на ее удаляющийся силуэт и начинаю идти только тогда, когда она покидает поле моего зрения.
Глава 35. Прости мои ошибки
Ошибки всегда можно себе простить, если только найдётся смелость признать их.
Брюс Ли.
Я любила бабушкины пирожки с яблоками.
