Я не знаю, почему я покупаю этот комплект, мне все равно не для кого его надеть…
– Для себя, Мэл, для себя, – улыбаюсь, и выхожу из магазина почти без неприятного осадка на душе. Надеюсь Джаред поймет все, о чем я его прошу в этом письме и оставит меня в покое.
Джаред
В кафе немноголюдно, и я сразу узнаю ее за столиком напротив барной стойки. Заметив меня, Рания приподнимается, одной рукой придерживаясь за спинку стула и приветливо машет мне другой рукой. Я, улыбаясь, иду через просторный зал ресторана, залитый солнечным светом, который проникает через большие окна. Рания сияет изнутри, румянец и несколько лишних килограммов делают ее очень милой, мягкой. Она кажется счастливой, и меня радуют перемены, которые я вижу.
– Адам, ты опоздал, – с шутливым укором говорит Ран. Ее глаза изучающе скользят по мне с ног до головы, а потом останавливаются на лице, и она немного хмурится. – Давно прилетел? Выглядишь уставшим.
– А ты выглядишь немного беременной, – меняю я тему, опуская взгляд на округлившийся животик. Рания смеется, кладя на него обе ладони.
– Ну тебя. Мог бы и промолчать, – она немного смущается, отворачивается, глядя в окно. – Как съездил? Виделся с оцтом?
– Уже откуда-то узнала. Мэтт проболтался? – потирая небритые щеки, спрашиваю я, откидываясь на спинку стула и вытягивая ноги.
– Я просто спросила где тебя черти носят, он ответил. Почему ты злишься?
– Я не с отцом мириться ездил, если ты так подумала. И от твоих родственников тоже нет вестей, если ты хочешь об этом спросить.
– Адам…"
"– И я не злюсь, Ран. Как можно злиться на красивую беременную женщину? – подмигиваю Рании, лукаво улыбаясь. Она фыркает, махая рукой в мою сторону.
– Ты неисправим. Девушки за соседним столиком рты пооткрывали. Как у тебя так получается? – качает головой Ран, ее темные волосы с красивыми упругими локонами рассыпаются по плечам.
– Не знаю. С тобой же не получилось, – я смотрю, как розовеют щеки Рании.
– Ты сам знаешь, почему. Но я всегда находила тебя очаровательным, а теперь просто тебя люблю.
– Я тоже тебя люблю, Ран, – отвечаю искренне. – Я рад, что мы есть друг у друга. Здесь, ты единственная, кто напоминает мне об Анмаре.
– Все-таки скучаешь?
– Сначала думал, что не буду, но вышло иначе, – немного раздраженно говорю я. – Я всегда знал, что могу поехать туда, сейчас нет… Любые запреты для меня… Сама знаешь.
– Да уж. Дух противоречия Саадатов. О нем ходят легенды, и однажды точно снимут кино, – ухмыльнулась Рания, мешая ложечкой сахар в кружке с чаем.
– Значит, ты не виделся с отцом? – возвращается она к первоначальному вопросу.
– Виделся, но это была сугубо деловая встреча.
– Я думала, что у тебя больше нет никаких дел с «Лакшери корп». Точнее. Ты сам говорил.
– Мое дело не касается «Лакшери корп».