Автор
В дрожащих от холода глазах сквозь туман виднеется приближающийся отряд. Здесь каждая яма — это новое подземелье, где жизнь растворяется в мраке и неясности. Мертвые люди — лишь проплывающие тени среди людей без душ, обходит их туман сторонкой.
– Вьюго, но если ты умер первым, то почему выглядишь как живой? А он – словно его из могилы выкопали, – спросила я первое что на ум пришло.
– Да, кто его знает. Может, душа не даёт телу опуститься. Или туман свои планы на меня имеет. Мне это не ведомо.
– Туман? – кажется, мой голос дрогнул. – Ты отравлен?
Мужчина засмеялся.
– Естественно, Лестра. Я же мертвяк.
– Не говори так, – зло рыкнула я. – Для меня ты живой. Душа на месте, значит, всё замечательно.
– Ничего замечательного в моём существовании нет, – Вьюго вмиг стал злым и грубым.
Услышав такое, я замотала головой. Вот уж чего никогда не сделаю.
– Ты пойдёшь со мной, – упрямо заявила я.
– Нет, – рявкнул он, – ты меня уничтожишь. И это не обсуждается. Туман не выпускает свои жертвы. Мы всегда возвращаемся к нему.
– Ой, много ты знаешь, – я отмахнулась от него. – Моя семья не раз твой туман на хвосте вертела.
– Лестра, о чём ты толкуешь. Вартеса, молодая красивая, одурманивающие пахнущая…
– Чем пахнущая? – перебила я его.
– Сиренью, тот самый запах весны и цветущего сада, – мечтательно произнёс он, и тут же словно отдёрнул себя. – Это для меня ты единственная. А у тебя будет ещё столько вариантов, ты выберешь кого лучше. Не мертвяка.
– Нет, – я сама не знала, откуда у меня такая уверенность, но… – Мне нужен ты.
– Тема закрыта, – зло проворчал он.
Без церемоний и ничего не спрашивая, я забралась на него верхом и устроилась на его груди.
– Чтобы ты там ни говорил, а мёртвые не греют, – положив голову ему на грудь, прикрыла глаза и погрузилась в лёгкую дремоту.
– Северянин вставай, мы тебе мясо свежее привели, – в моё сознание врезался неизвестный шипящий голос. Вздрогнув, я не сразу поняла, где я.
Испугавшись, дёрнулась, и тут же чья-то тяжёлая рука опустилась на мою спину.
– Хватит обниматься с трупом. Скоро промывка, всё равно её унесёт.
– Не унесёт, – рявкнул… Вьюго, воспоминания лавиной обрушились на моё сознание. – Я своё не теряю.
– На арену, – раздалось снаружи, – слишком ты активен.
Осторожно сдвинув с себя на пол, Вьюго натянул одеяло мне на голову.
– Что на мясе будет, то моё, – проворчал он странным словно чужим голосом.
– Всё, как всегда, палач, ты становишься жаднее.
