Автор
Снежана готовится к работе, переставляя детали скульптуры, созданных своими руками. Устала от дня за днем, но рада тому, что сегодня будет немного больше времени для саморазвития и творчества. Каждое кружево и каждая булавка на месте, как в сказке о кружевных балеринах.
А что, если он утащил из дома Строгалевых и где-то спрятал не ту балерину? Что, если пуговица, за которой охотится неведомый преступник, сейчас находится здесь, в квартире Машковских, и только небольшой слой гипса или чего-то похожего отделяет Снежану от тайны, скрываемой более семидесяти лет?
Первым ее порывом было разбить фарфоровое кружево, чтобы разгадать скрываемую в нем загадку. Однако силой воли Снежана удержала себя от этого шага. Во-первых, жалко кружевную танцовщицу, она действительно очень красивая.
Еще немного подумав, Снежана решила, что с самого утра позвонит Лилии Лавровой и все ей расскажет. Пусть Лиля думает, что делать. Найдя, на кого переложить ответственность за едва не совершенную глупость, Снежана решительно поставила статуэтку на полку и повернулась, готовая отправиться наконец в постель, однако услышанный ею звук заставил ее остановиться и замереть.
Тук-тук, тук-тук-тук. Тихий равномерный стук доносился снизу, из квартиры Лидии Андреевны. Точнее, из библиотеки, в которой пожилая женщина встретила свою смерть. Он был еле слышным, Снежана ни за что не обратила бы на него внимания, если бы в столь поздний час находилась не в мастерской, а в своей спальне. Похоже, что кто-то аккуратно, стараясь не привлекать внимания, простукивает стены в комнате под ее ногами.
Сейчас она с особой горечью пожалела, что муж не ночует дома. Если бы следователь Зимин сейчас тихо спал в их супружеской кровати, она бы разбудила его и отправила посмотреть, что происходит этажом ниже. И он, то есть следователь Зимин, обязательно поймал бы преступника, убившего Лидию Андреевну и теперь орудующего в пустой квартире. Но муж уже месяц в своей супружеской постели не спал. И с законной женой не спал тоже.
На этом месте своих размышлений Снежана вздохнула. Того, что проделывал с ней муж, ей, оказывается, сильно не хватало. Просидев довольно долго в старых девах, Снежана неожиданно распробовала интимную сторону семейной жизни, что называется, на вкус и пришла к выводу, что ей нравится. Врожденная скромность не мешала ей быть темпераментной и страстной, и в ту пору, пока муж еще ее любил, он частенько говорил, что даже не думал, что и в этом ему так с ней повезло.
