Таня Гроттер обнаруживает, что жидкое зеркало некромага Тантала связывает её с другим человеком. Постепенно их жизни сливаются, а Магщество начинает разыскивать преступника. Возникает конфликт вокруг проклятия и скрытых тайн.
Раздел Chitat.online для книги «Таня Гроттер и проклятие некромага» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Таня Гроттер обнаруживает, что жидкое зеркало некромага Тантала связывает её с другим человеком. Постепенно их жизни сливаются, а Магщество начинает разыскивать преступника. Возникает конфликт вокруг проклятия и скрытых тайн.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Таня Гроттер обнаруживает, что жидкое зеркало некромага Тантала связывает её с другим человеком. Постепенно их жизни сливаются, а Магщество начинает разыскивать преступника. Возникает конфликт вокруг проклятия и скрытых тайн.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Любую рыжую женщину, я имею в виду. Еще через два года с лица исчезнут все фурункулы. Что же касается волос, то каменные волосы – это, в сущности, довольно оригинально. Всегда есть тема для разговора с незнакомыми людьми.
– Ягун, прекращай издеваться! Тебе что, его не жалко?
– Не-а. Мне жалко того дуралея, что поднял слетевший с плеч Великой Зуби шарфик.
– Готфрид Бульонский обещает больше не ревновать. Копье у него уже отобрали… – сказал Ягун, созерцая в зеркале свою жизнерадостную физиономию.
В дверь постучали. Заглянул Тарарах.
– Привет, Тань! Ваньки тут нет? – спросил он.
– Саблезубому тигру надо из лапы вытащить занозу и обработать там все. Здоровенная такая заноза. Нагноение, воспаление лимфоузла и всякие прочие радости. А тигр буйный – один к нему не сунешься, – пояснил Тарарах.
Тарарах невнимательно кивнул. К высшей ветеринарной магии он относился с пренебрежением фельдшера, который раз и навсегда уяснил для себя, что все болезни, которые не лечатся антибиотиками, либо смертельны, либо пациент их выдумал.
– Угу-угу… Но я уж лучше как-нибудь по старинке. Ну, я помчался! Появится Ванька – скажи, что я его ищу!
– Обязательно! – пообещала Таня.
– Ну звери-то у него выздоравливают. Чего тебе еще надо? – сказал Ягун.
– Мне – ничего! – произнесла Таня и тотчас поняла, что ляпнула чушь.
– Ну и прекрасно! Тогда не дуйся и вынь ноги из супа. Мешать проще поварешкой, – ответил Ягун философски.
– До аспирантуры Тарарах лучше ко мне относился!
– Ничего подобного! Тарарах умчался, потому что переживает из-за тигра. Саблезубые тигры – его единственная слабость после дубин и губной гармошки.
– Что ты несешь, Ягун? Какая гармошка?
– Неважно. Просто деталь. Буйство фантазии. А после тигра он будет переживать из-за пегаса, сфинкса, вепря или кого-нибудь еще. В игре в заботу нет финального свистка.
– А почему он не захотел, чтобы я ему помогла?
Поняв, что хочет есть, хотя завтрак с обедом позади, а ужин впереди, Таня вышла в коридор. В Зале Двух Стихий всегда можно было разжиться съестным, разумеется, если найти общий язык с молодцами из ларца. Учитывая, что они были фанаты драконбола, у Тани с этим проблем не возникало. Однако до Зала Двух Стихий Тане добраться не удалось. В гостиной светлых к ней подскочили четыре журналиста. В руках – блокнотики. В глазах – преувеличенный интерес. Таню ослепили фотовспышки.
