Больше всего это походило на кучу внутренних органов, продолжавших несмотря ни на что жить. Рот, находившийся где-то в районе желудка, непрерывно визжал.
– Он вывернул его наизнанку! Это хуже, чем содрать кожу! Проклятая некромагия! У них нет ни одного нормального ритуала! Ни одного гуманного заклинания! Это звери! Извращенцы! Уроды с больной психикой! – жестко сказал Вацлав и выдернул из воздуха еще одну карточку.
Ожидая увидеть нечто подобное первому снимку, она взглянула на вторую карточку. Большой куб покрытого кожей мяса моргал четырьмя несимметрично расположенными глазами. Из того же куба в разных местах бессистемно торчали четыре ноги и четыре руки. Если немного поискать, то там же, на кубе, можно было обнаружить два рта, волосы и два носа, тоже раскиданные довольно живописно.
– Жуть, – сказала Таня брезгливо.
– Знаешь, что он сделал с ними? Переплел их. Руки, глаза, внутренние органы – у них все теперь вместе, – не отрывая от Тани взгляда, мрачно произнес Вацлав. Его глазки сверлили Таню с ненавистью, будто не Бейбарсов, а она была во всем виновата.
Таня подумала, что закодированные вампиры всегда почему-то становятся борцами за нравственность и моральное здоровье. С чего бы такая закономерность? С чем завязал сам, за то мщу другим?
Сарданапал поднялся и на всякий случай встал между вампиром и Таней.
– Ну-ну, друзья! Мы же цивилизованные маги!.. Я попрошу Леночку Свеколт. Почти все заклинания обратимы. В крайнем случае можно будет поискать что-нибудь в библиотеке, – примирительно сказал академик.
– Что??? У вас в скул лайбрэри складировать запретни книги по некромагия? Я правильно вас понималь? – быстро спросил Франциск.
Сарданапал презрительно поднял брови. Законников и ябедников он ненавидел под всяким соусом.
– Разве я это сказал? Я имел в виду одобренный Магществом магдицинский справочник под редакцией Марианно Немаринелли, который все болезни предлагает лечить куриным пометом. Растирания, микстуры, контактная магия. Прекрасная, блестящая, глубокая книга. Ее достоинств не умаляет даже то, что сам Немаринелли умер от передозировки куриного помета.
– Я не есть спешиалист, – сказал Франциск.
– К сожалению, это заметно.
– Ню-ню, академик! Не будем устраивать кворал на опустелый мест! Так вы будете говорить с нами, Татьян? Вы знать, где Бэй-Барз?
– Представления не имею.
– Он скрывается в Тибидохсе, не так ли?
– Нет, – сказала Таня и поняла, что вновь наступила на грабли. Вопрос оказался с двойным дном.
– Я не знаю, где Бейбарсов! – раздраженно повторила Таня.
Франциск и Вацлав не стали настаивать. Лишь недоверчиво переглянулись.
– Вы не получаль от Бэй-Барз звонки на зудильник, письмо, записка? – вкрадчиво продолжал Франциск.