После потери близких друзей Таня Гроттер отправляется в новое опасное путешествие к колодцу Посейдона. Её ждут испытания, магические секреты и встреча с древними силами. Вместе с верными помощниками девочка должна спасти волшебный мир от надвигающейся беды и найти ответы на вопросы прошлого.
Раздел Chitat.online для книги «Таня Гроттер и колодец Посейдона» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После потери близких друзей Таня Гроттер отправляется в новое опасное путешествие к колодцу Посейдона. Её ждут испытания, магические секреты и встреча с древними силами. Вместе с верными помощниками девочка должна спасти волшебный мир от надвигающейся беды и найти ответы на вопросы прошлого.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Александрович Емец Детские книги Детская фантастика подборки серии
После потери близких друзей Таня Гроттер отправляется в новое опасное путешествие к колодцу Посейдона. Её ждут испытания, магические секреты и встреча с древними силами. Вместе с верными помощниками девочка должна спасти волшебный мир от надвигающейся беды и найти ответы на вопросы прошлого.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Меня это, признаться, поразило, но я счел, что школу закрыли. Ну там за преподавание некромагии, черную алхимию или магию вуду…
– Или она просто исчезла! Ты слышал, что сказал Безглазый Ужас?
– Я бы не слишком доверял его словам. На его месте я бы бережнее относился к своим мозгам. Удары головой о стену плохо влияют на общую логику суждений… Хотя, конечно, он призрак и многое может себе позволить, – резонно заметил Шурасик.
– А Поклеп? Он тоже, по-твоему, псих?
– Вот уж не знаю. Псих не псих, а назвать Поклепа нормальным язык не поворачивается. Но маг он неплохой. Что да, то да. Особенно хорош его леденящий взгляд. Пока я так и не придумал, как его блокировать, хотя…
– Короче! Ты попытаешься что-нибудь узнать о школе в Скаредо? – перебила его Гробыня.
– Само собой. Мне не хотелось бы, чтобы с нашим старым Тибидохсом что-нибудь приключилось. Особенно когда я еще не получил на руки диплом о среднем магическом образовании… – заявил Шурасик.
Гробыня протянула руку и ободряюще провела по щеке Шурасика длинным ногтем."
"– Ты у меня просто умничка! Когда что-нибудь узнаешь, немедленно принеси мне это на крылышках любви. Пока, Шурасик! Не скучай! И вот еще, вдогон нашему разговору, советик один… Желаешь?
– Ага… давай… – подумав, сказал Шурасик.
– Ты, Шурасик, по жизни хмурая интеллектуальная особь, эдакая бука, и с этим ничего уже не поделаешь. Не пытайся прикинуться, что ты не бука, не пытайся замаскироваться! Тебе же хуже будет. Напротив, усиливай свои недостатки! Закажи себе безобразные очки в тяжелой оправе! Говори еще непонятнее, смотри на людей диким взором, уходи посреди разговора, роняй чашки, выливай на клавиатуру чай и роняй яичницу, если будешь жить среди лопухоидов. Это и будет твоим шармом. Лады?
– Лады, – кивнул Шурасик. Слова Склеповой больно резанули его.
Вскоре парк опустел. Лишь бледная, точно подвергнувшаяся атаке вампира, луна малокровно купалась в мраморном фонтане. Гоярын волновался в ангаре, временами издавая угрожающий рев. Он взмахивал хвостом, хлестал им по гудящему железу ангара и снова ревел.
Порой рев его менял окраску, наполняясь непонятной, жуткой тоской, древней как мир и неумолимой как угасание. Что-то тревожило дракона. Тревожило уже давно.
Глава 2
НОВОЕ КАК НИКОМУ НЕ НУЖНОЕ СТАРОЕ
Ночь, которую Шурасик провел у фонтана, Таня Гроттер просидела за письменным столом. Перед ней лежала открытая тетрадь. По тетради, изредка брезгливо окуная кончик в чернильницу, скользило хвостовое перо птицы Феникс, которую некогда ощипал сам Гэ-Пэ. Перо было удобным – его не нужно держать в руке, чтобы оно писало. Достаточно отслеживать перо взглядом, изредка переводя его на чернильницу.
