После потери близких друзей Таня Гроттер отправляется в новое опасное путешествие к колодцу Посейдона. Её ждут испытания, магические секреты и встреча с древними силами. Вместе с верными помощниками девочка должна спасти волшебный мир от надвигающейся беды и найти ответы на вопросы прошлого.
Раздел Chitat.online для книги «Таня Гроттер и колодец Посейдона» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После потери близких друзей Таня Гроттер отправляется в новое опасное путешествие к колодцу Посейдона. Её ждут испытания, магические секреты и встреча с древними силами. Вместе с верными помощниками девочка должна спасти волшебный мир от надвигающейся беды и найти ответы на вопросы прошлого.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Александрович Емец Детские книги Детская фантастика подборки серии
После потери близких друзей Таня Гроттер отправляется в новое опасное путешествие к колодцу Посейдона. Её ждут испытания, магические секреты и встреча с древними силами. Вместе с верными помощниками девочка должна спасти волшебный мир от надвигающейся беды и найти ответы на вопросы прошлого.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Как ты могла видеть? Ты летала ночью? – спросил Ванька.
– Да, летала.
– Одна?
– Какая разница? Да, одна, – нетерпеливо произнесла Таня.
– А почему ты сказала: «мы видели»? Оговорилась?
– Не придирайся к словам, – разозлилась Таня.
Она сама не поняла, почему солгала. Все вышло само собой, на автомате. Ванька с его чуткостью и способностью улавливать внутреннее состояние по мельчайшим внешним проявлениям быстро и с обидой посмотрел на Таню.
Ягун, остановившийся на нижней ступеньке Лестницы Атлантов, осмотрелся. Мелочь с первого, второго и третьего курсов носилась по залу взбудораженными табунами. Гул стоял страшенный. Кто-то уже дрался, кто-то ныл, кто-то жаловался на голод. Ученическая вольница постепенно набирала силу.
Двое шустрых второкурсников, поймав за уши Конька-Горбунка, дали своему приятелю возможность на него забраться. Горбунок терпеливо позволил ему сесть на себя, а затем резко ударил задом. Вопль катапультированного второкурсника долго разносился по Залу Двух Стихий.
Кто-то догадался сбегать за молодцами из ларца, и те с обычной лихостью расстелили скатерти. Но вместо привычного порядка все рванулись теперь к шоколадным и пончиковым скатертям, устроив страшную давку.
Недавно привезенные в школу малыши, которые еще даже к первому курсу не были приписаны, сбились в кучу. Настроения среди них царили панические. Кое-кто уже начинал похныкивать, что в ближайшие минуты было чревато стихийно отрежиссированной коллективной истерикой.
«Малышню можно понять, – подумала Таня, вспоминая свои первые ощущения в Тибидохсе. – Притащили их в школу. Страшно тут, заклинаний они не знают… К магии способности есть, но реально ничего не могут. А призраки по ночам летают, Инвалидная Коляска скрипит, хмыри с нежитью шастают. А им ни дрыгнуть никого, ни Мотис-ботис-обормотисом хмырей шугануть. Раньше-то они с перепугу все вокруг Зуби кучковались, темные коридоры перебежками проскакивали, а теперь – раз! – и взрослых нет, и по родителям скучают. Я-то еще ладно, не по Дурневым же мне было тосковать…»
Таня хотела было направиться к малышне, но к ним уже решительно подошла Катя Лоткова. Вся мелочь с надеждой сбилась вокруг нее, воспринимая ее не то чтобы как взрослую, но почти как взрослую. Все-таки между шестнадцатью годами и десятью разница не в шесть лет, а в целых шестьдесят."
"– Эй ты, коллективная мамочка, к тебе в садик можно записаться? – крикнул Демьян Горьянов.
Лоткова, окруженная детьми, не услышала. Зато к Горьянову подошел Баб-Ягун и, положив руку ему на плечо, вежливо попросил повторить реплику. Горьянов реплику повторять не стал, зато так скривился, что свежие, только что приготовленные скатертью блины мигом покрылись зеленой склизкой плесенью.
