В мире ветров и звезд прячется древнее божество, наказывающее безвинных. Таня Гроттер ищет истоки своего необычного дара, открывая тайны сверхъестественного мира. Магические заклинания, лежащие в основе сильнейших сил на Земле, ожидают того, кто рискнет заглянуть за космическое невидимое....
Скоро рассвет, а это значит, что Бейбарсов уже ждет ее ответа.
– Покажи мне то, что ты держишь в ладони! – вдруг попросил академик.
В замешательстве Таня положила локон на стул рядом с книгой снов. Академик отошел от стекла и наклонился над стулом, близоруко разглядывая артефакт. Один из его усов потянулся к локону.
– Хм, интересно… Я еще в Тибидохсе догадывался, что у тебя один из древних артефактов. Мой перстень повелителя духов замечает такие вещи, – пояснил академик, протягивая руку.
– Осторожно! Не касайтесь его! – воскликнула Таня.
– Не беспокойся! Ни один артефакт, который изначально не является порождением хаоса, не причинит мне вреда. Исключение составляют лишь немногие, – сказал Сарданапал.
Он коснулся локона своим перстнем, а затем спокойно взял его. Прядь волос, полыхая, лежала на широкой ладони главы Тибидохса. Сарданапал провел по ней пальцем. Таня видела, как вслед за пальцем академика тускнеющая прядь медленно меняет цвет.
– О, заговор на артефакт! Такое случается редко! Просто прелесть как выполнен: аккуратненько, незаметно! Прекрасная работа! – сказал академик почти с умилением.
– Заговор на артефакт? – непонимающе повторила Таня.
– Разумеется. Локон попал к тебе соответствующим образом подготовленным. Собственно, потому и попал, что кому-то очень этого захотелось. Надеюсь, ты не произносила ничего опрометчивого? Никаких имен?
Сарданапал повернулся к ней. Глаза академика из-под полуприкрытых век глянули неожиданно остро.
– Нет, – чуть запнувшись, ответила Таня.
– Правильно сделала. Твоя осторожность тебя спасла. А еще осуждала тех матросов, кто бросал спасательный круг, не прыгая сам.
– Почему?
– Чтобы артефакт соединил судьбы, нужно произнести два имени, не так ли? Свое имя на один конец пряди и имя избранника – на другой. Не так ли? Так вот, одно имя уже произнесено. Артефакт тебе достался уже наполовину использованным. Ты сказала бы два имени, но услышано было бы только одно.
– Аббатикова! – вполголоса произнесла Таня. Ей казалось, что теперь она знает правду. Вот кто подбросил ей этот коварный артефакт!
– А вот Жанна как раз здесь ни при чем, – сказал академик. – Насколько я понимаю, она действительно была увлечена Глебом и даже, возможно, не слишком тебя любит, но никаких подлостей она себе не позволяла.
