В мире ветров и звезд прячется древнее божество, наказывающее безвинных. Таня Гроттер ищет истоки своего необычного дара, открывая тайны сверхъестественного мира. Магические заклинания, лежащие в основе сильнейших сил на Земле, ожидают того, кто рискнет заглянуть за космическое невидимое....
Потом встал, взял дубинку и молча врезал Дубыне по лбу. Дубыня не остался в долгу, и дело завершилось грандиозной потасовкой, в которой, кроме богатырей, пострадала и одна из небольших башенок Тибидохса.
Склепова, предусмотрительно отбежавшая на полсотни метров, терпеливо стояла и ждала, пока Усыня, Горыня и Дубыня утихомирятся, чтобы продолжить обучение. Согласно замыслу Гробыни, богатыри во время экзамена должны были стоять на ближайшем холме и подсказывать ей, используя азбуку глухонемых. Великанам же в свою очередь должен был суфлировать одолженный у Грызианы Припятской на недельку гном-переводчик.
Великаний телеграф как способ подсказки был, разумеется, крайне ненадежен. Склепова надеялась на него больше как на отвлекающий маневр. Неуклюжие богатыри наверняка наступят на Полироль Политурыча, а затем подерутся, споря, кто это сделал.
Отойдя от бойницы, Таня продолжала подниматься. Неожиданно из сумрака ниши навстречу ей кто-то шагнул и замер у нее на пути. Таня отшатнулась.
– Татиана, а Татиана! Можно тебя на минуту? – спросил кто-то.
Таня узнала Шурасика. Ей стало досадно, что она испугалась.
– Всего на минуту? А ты успеешь? – машинально переспросила она и тотчас прикусила язычок.
Глаза под очками-лупами укоризненно моргнули. «Вот уж деловая колбаса, которой пришла пора колбаситься!» – подумала Таня с раздражением.
– Дай мне взглянуть на твой перстень! – потребовал Шурасик.
– Зачем? Он слушается только меня. Ты все равно не сможешь извлечь из него магию.
– Я и не собираюсь.
Пожав плечами, Таня с некоторым усилием скрутила с пальца перстень и протянула его Шурасику.
Шурасик молча взял перстень Феофила Гроттера, повернулся к Тане спиной и куда-то решительно пошел.
Как оказалось, Шурасик направлялся к бойнице.
