Кроме того, на примере Гоярына и Ртутного Таня усвоила, что драконы терпеть не могут, когда к ним подлетаешь сверху или сбоку, в то время как игрок, приближающийся снизу, не вызывает у них такого раздражения. Правда, снизу проще попасть под удар хвоста, а это даже опаснее, чем быть проглоченной.
Тренер по магическому пилотажу по отношению к Тане вел себя довольно странно. Казалось, Соловей издали приглядывается к ней, приглядывается недоброжелательно, но одновременно будто с некоторым уважением. На тренировках он давал ей самые сложные задания, заставляя ее летать на контрабасе, даже когда остальная команда уже не тренировалась.
В результате к вечеру Таня оказывалась совершенно измотанной и засыпала над тетрадями по нежитеведению или над упражнениями по теоретической магии. Но что ей совсем не давалось, так это снятие сглаза. И хотя Зубодериха относилась к ней будто с симпатией, это нисколько не мешало ей накладывать на Таню на уроке те же заклятия, что и на остальных.
Такой напряженный ритм жизни на время заставил Таню забыть о пророчестве Древнира, таинственной близости то ли мертвой, то ли живой Чумы-дель-Торт и загадочном появлении Агуха в кабинете у Медузии.
Лишь однажды вечером странное происшествие воскресило все эти неприятные моменты в ее памяти. Случилось это, когда, возвращаясь с поздней тренировки, она заблудилась в запутанных коридорах Тибидохса и вновь оказалась в Башне Привидений. Неожиданно где-то впереди по коридору послышались приглушенные голоса.
Не желая сталкиваться со здешними обитателями, Таня поспешно нырнула за большую гипсовую вазу и притаилась за ней.
Голоса приближались. Осторожно выглянув, Таня увидела, что по коридору, не касаясь ногами пола, идет Поручик Ржевский, а рядом с ним медленно течет отвратительное существо в белой заляпанной кровью рубахе, с маленькой лысой головой. Его глаза смотрели черными провалами, и Таня догадалась, что это и есть Безглазый Ужас, привидение «темной» части Тибидохса, о котором она столько слышала.
– Ты ничего странного не замечаешь в последние дни? – сипел Безглазый Ужас.
– Угу, замечаю! Никого не забавляют мои шутки с носками! И ножики мне никто не поправляет! А еще, когда я разлил у Ягге котел с каким-то зельем, она запустила в меня поварешкой! Представляешь, в привидение! – с дурковатым смешком отвечал Поручик.
Безглазый Ужас досадливо поморщился. Его слова были уже почти неразличимы и долетали отрывками.
– Тупица!.
