Таня Гроттер — юная волшебница, чудом спасшаяся от злой Чумы-дель-Торт, убившей её отца. Со странной меткой на носу, она попадает в волшебный мир, где её ждут опасные приключения, верные друзья и борьба против мрачных сил. Магический контрабас станет ключом к разгадке её прошлого и грядущих...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Таня Гроттер и магический контрабас»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Таня Гроттер — юная волшебница, чудом спасшаяся от злой Чумы-дель-Торт, убившей её отца. Со странной меткой на носу, она попадает в волшебный мир, где её ждут опасные приключения, верные друзья и борьба против мрачных сил. Магический контрабас станет ключом к разгадке её прошлого и грядущих...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Александрович Емец Детские книги Детская фантастика подборки серии
Таня Гроттер — юная волшебница, чудом спасшаяся от злой Чумы-дель-Торт, убившей её отца. Со странной меткой на носу, она попадает в волшебный мир, где её ждут опасные приключения, верные друзья и борьба против мрачных сил. Магический контрабас станет ключом к разгадке её прошлого и грядущих...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но внезапно, уже у самой земли, падение Тани замедлилось, и она, почти не испытав боли, обрушилась боком на что-то мягкое, глубоко провалившись в него. Рядом с ней, недовольно загудев струнами, упал контрабас и мелькнувшей тонкой чертой скользнул смычок. Нерешительно оглядевшись, Таня увидела, что сидит в кузове стоящего у светофора грузовика. В кузове, до краев полном черными мешками с осенней листвой, которую везут за город...
Ей повезло. Хотя можно ли было назвать это везением?
«Подстраховочное заклинание не сможет предотвратить падение, но смягчит его последствия», – вспомнила она строчку из волшебной книги.
* * *История с черной тенью, пытавшейся убить ее, надолго испортила Тане настроение. Сомнений не было – в магическом мире у нее есть враг, и враг могущественный. Сразу припомнился сон дяди Германа, похищение золотого меча и уклончивые слова академика, предупреждавшего ее об опасности. В воздухе же все произошло так стремительно, что Таня так и не сумела понять, кому принадлежал тот яростный желтый глаз. Птице? Ну да птице ли?
Летать Таня больше не отваживалась, хотя воздух и манил ее. Порой ей ужасно хотелось вновь сесть на контрабас и воскликнуть: «Торопыгус угорелус!» – но воспоминание было еще слишком свежим. Не стоит искушать судьбу второй раз. Самое большее, что Таня себе позволяла, – среди ночи взлетать над лоджией и несколько раз облетать на малой высоте дом, используя для этого самое медленное и безопасное заклинание «Пилотус камикадзис». На этом заклинании волшебный контрабас тащился еле-еле. Ни о каких фигурах высшего пилотажа вообще говорить не приходилось: струны контрабаса сразу начинали возмущенно гудеть. Таню так и подмывало ускорить его, но... она не разрешала себе. Вместо этого она раз за разом тренировала тормозящее заклинание «Чебурыхнус парашютис». Сразу после его произнесения нужно было указать смычком, куда ты хотел приземлиться. Инструмент сперва неподвижно зависал над этим местом, а затем медленно и солидно начинал опускаться, пока ноги не касались земли. Правда, существовало еще ускоренное тормозящее заклинание «Чебурыхнус парашютис форте», но оно было крайне неудобным, поскольку контрабас сразу проваливался в воздушную яму, камнем падал вниз и столь же резко замирал в нескольких сантиметрах от земли. При этом у самой Тани всякий раз возникало ощущение, что ее внутренности остались где-то в воздухе и сейчас шлепнутся прямо ей на голову."
"Дурневы больше не доставляли Тане никаких неприятностей – у них и своих проблем было теперь навалом. После той истории со «Справочником Белого Мага» волосы Пипы склеились так надежно, что расчесать их не было никакой возможности.
