В дверях библиотеки Абдуллы ждет грозный Джинн, готовый рассказать о загадочной книге Тани Гроттер и трона Древнира. Стойкое сопротивление боли в сочетании с белой искрой магии создают напряженную атмосферу для этого древнего текста, который тяготеет к секретам истории и неизведанных сил....
Такие календарики продавали со скидкой.
К девяти часам начали телепортироваться или прилетать на подсобных средствах основные зрители. Грааль Гардарика едва успевало справляться с их потоком, через равные промежутки пуская на Буян все новые порции магов.
Усыня, Горыня и Дубыня помогали циклопам проверять билеты. Учитывая, что темные маги предпочитали подделывать их, а не покупать, циклопы и богатыри, все одетые в противосглаживающие жилетки, внимательно просматривали каждый билет на свет."
"На настоящих билетах должен был высветиться благородный профиль академика Сарнадапала.
Некоторое время богатыри и циклопы присматривались друг к другу, но вскоре нашли общий язык.
Уже через полчаса билеты проверяли одни только богатыри, а циклопы едва успевали переносить к себе в караулку окорока, бочки с пивом, кули с мукой и прочую мзду, принимаемую от безбилетников. Там, в караулке, они раскладывали все на две кучи – одну свою, другую богатырскую.
Поклеп отлично понимал, что происходит, но все равно входных ворот на стадион было слишком много, чтобы разом уследить за всем, а применять заклинание магического самоклонирования он боялся, опасаясь, что один из его клонов удерет к русалке да с ней и останется.
Изредка, впрочем, он кидался к охранникам и, маленький, разгневанный, налетал на них, точно бойцовый петух.
– Что ж мы, звери? Человек на матч прилетел издалека, а мы ему от ворот поворот? Эдак международный скандал выйдет! – застенчиво пряча вороватые глазки, говорили циклопы.
– Во-во! Наша служба и опасна, и трудна! Нас каждую минуту сглазить могут, из-за любого угла запуком пульнуть! А раз так, че нам, и окорок уж нельзя взять? Не за так же дают, а из уважения, – заявлял Горыня, склонный к социальной демагогии.
Дубыне тоже хотелось произнести нечто столь же веское, но слов, как всегда, не находилось. Он лишь колотил себя кулаком в грудь и изредка от полноты чувств пытался схватить собеседника за грудки, но, встречая ледяной взгляд Поклепа, прятал руки за спину.
* * *Сарданапала, да и весь Тибидохс, ожидал неприятный сюрприз. Председатель коллегии арбитров Графин Калиостров заявил, что в этот раз он сам будет главным судьей матча, а своим помощником назначает персидского мага Тиштрю. Упомянутый Тиштря уже крутился поблизости с приторной улыбочкой сожаления на расплывшемся лице.
За четверть часа до матча обе команды были уже готовы.
