В дверях библиотеки Абдуллы ждет грозный Джинн, готовый рассказать о загадочной книге Тани Гроттер и трона Древнира. Стойкое сопротивление боли в сочетании с белой искрой магии создают напряженную атмосферу для этого древнего текста, который тяготеет к секретам истории и неизведанных сил....
Жора, как подстреленный на взлете белый лебедь, падает на песок. Санитарные джинны уносят его с поля… Команда Тибидохса лишилась одного из игроков!
– Разумеется, у Калиострова и Тиштри претензий нет. Может, их в мышей превратить, а? – вполголоса шепнул Медузии Сарданапал. Оба его уса возмущенно прыгали и изгибались, как график кардиограммы.
– Не стоит пополнять благородный мышиный род этими двумя глистами! Посмотрим, что будет дальше! – сказала Медузия.
– Да, удача не на нашей стороне! – продолжал комментировать Баб-Ягун.
Баб-Ягун пригнулся к пылесосу, газанул и, сорвавшись с места, устремился за обездвиживающим мячом, который только что дразняще замаячил у купола.
Избегая столкновения, Ягун перебросил трубу и резко набрал высоту. На это ушли драгоценные секунды. Опередив Ягуна, обездвиживающим мячом завладел принц Омлет.
Омлет неподвижно завис в воздухе и, не улетая, внимательно смотрел на Ягуна. Другие невидимки тоже зависали поблизости, раздвигаясь и образовывая круг. Недоумевая, внук Ягге притормозил и остановил пылесос в нескольких метрах от принца. Он вдруг сообразил, что это означает. Омлет вызывал его на дуэль. Дуэль заговоренных пасов.
Ягун кивнул, показывая, что принимает вызов. Это была опасная затея, особенно потому, что первый бросок был у его противника.
– Гуллис-дуллис! – отчетливо произнес принц Омлет и несильно послал мяч Ягуну.
Ягун сосредоточился. Тут все решали мгновения. От Гуллис-дуллис полагалось применить Цап-царапс, но Ягун был малый не промах. Он знал, что мысленно Омлет уже изменил заклинание или изменит его в последний миг. И тогда нужно будет определить один из двух оставшихся отводов: Леос-зафиндилеос либо Щупс-курощупс.
