В дверях библиотеки Абдуллы ждет грозный Джинн, готовый рассказать о загадочной книге Тани Гроттер и трона Древнира. Стойкое сопротивление боли в сочетании с белой искрой магии создают напряженную атмосферу для этого древнего текста, который тяготеет к секретам истории и неизведанных сил....
Воздержалась только Зубодериха, не рискнувшая голосовать против своего непосредственного начальника.
Профессор Клопп пожелтел, как лимон.
– Я беруль самоотвод! Меня затопталь не надоело! Кто писаль правила – тот пускай и отдувалься за свой больной фантазий! – выкрикнул он.
– А что, вполне здравое предложение! Не правда ли, коллеги? Я согласен! Кто составлял правила?.. Я спрашиваю: кто составлял эти идиотские правила? Почему никто не сознается? Я же все равно узнаю! – сердито повторил Сарданапал.
– Правила составляли вы, – шепнула ему Медузия.
– Да? В самом деле? Вот досада! – сказал Сарданапал, когда закончил бормотать про рассеянность и столетний недосып.
Двенадцать тысяч морщинок профессора Клоппа так и залучились ехидством. Возникла неловкая пауза. Из затруднительного положения главу Тибидохса выручила Ягге, давно лукаво посматривающая на поле.
– А ну-ка! Дайте-ка сюда ленточку! Посмотрим, не забыла ли я, как к избушкам подходят, – вызвалась старушка.
Чело академика прояснилось.
– Ну что ж! – радостно произнес он. – Я думаю, мы можем пойти навстречу нашей заслуженной сотруднице. А, коллеги? Вы не против, Поклеп Поклепыч?
Завуч Тибидохса был «за». Обеими руками. Он уже начинал опасаться, что под избушку пошлют его."
"Когда Ягге появилась на поле, Солонина Андреевна засуетилась, пытаясь взять у нее ленточку.
– Позволь уж я сама! Она у меня ндравная! Чужих не подпускает, по-русски почти не понимает! – сказала она.
– Да уж прям! А ну-ка, избушка! Иди сюда, хохлатка! – негромко велела Ягге.
Избушка послушно подбежала к ней, постукивая черепицей. Солонина Андреевна поджала губы.
– Вишь ты, поняла по-нашему! А говорила: не понимает! А ну-ка, милая, дай лапу! – снова велела Ягге.
Избушка неуклюже подняла когтистую лапу и, балансируя на другой, протянула ее Ягге. Старушка повязала ленточку и, похлопав избушку по голенастой ноге, отошла в сторону, победно глянув на Солонину Андреевну.
– Молодец, бабуся! Просто не верится!.
